— Интересно, сколько рабов они угробили, чтобы это построить? — спросил Кирилл.

Было еще темно, лодка быстро плыла по течению вместе с небольшими льдинами. Вдоль левого берега тянулись развалины, вдоль правого — городские кварталы. Над ними гигантской трехъярусной пирамидой высился озаренный огнями Центаврос. На строительство его пошли части домов, стены и перекрытия, бетонные плиты и каменные блоки. Не очень-то продуманно они строят, решил Кир: одна стена пирамиды круче другой, слева средний ярус выше, чем справа, да и площадка на вершине какая-то скошенная.

Каждый ярус заканчивался открытой галереей с цепочкой огней, в свете которых двигались крошечные человеческие фигурки. Над пирамидой торчала решетчатая мачта с гроздью прожекторов.

— Посмотри в ту сторону, — сидящий рядом на корме Денис показал левее. — Видишь, на стене?

— Ага, ползет.

Вдоль обращенной к берегу стены Центавроса тянулась пара штанг или рельс — отсюда они казались двумя стальными проволочками, — по которым к галерее среднего яруса медленно поднимался контейнер с железнодорожный вагон размером.

— Окна в стенах вижу. — Кир прищурился. — Мелкие совсем. А на галереях пушки, кажется, стоят. Интересно, как они фундамент сделали, чтоб такую дуру выдержало?

— Горлагос имцентаврос багила терза, — сказала Мариэна, сидящая на лавке гребца с веслом на коленях. — Модо лагос.

Денис забормотал:

— Гарлагос? Почему «гар»? «Лагос» — это на лингвейке «портал», а точнее — «око», так они называют порталы. Варханы оккупировали Наргал давно и насаждают здесь свой язык. Их и наргальский похожи примерно в такой же степени, как русский и украинский, хотя поменьше все же…

— Так что она сказала? — перебил Кирилл.

— «Гар-портал» находится внутри Центавроса. «Гар»… а, ну да — главный. Не совсем, но примерно так: главный портал. А «модо» значит большой.

Лодка плыла дальше. Пирамида, основание которой было скрыто за городскими домами, медленно уползала назад. Кварталы тянулись и тянулись — Наргелис занимал длинную полосу земли между рекой и горным кряжем.

— Моя рана, — начал Денис. — Э… Мариэна — сига. Сига заторча.

Терианка достала из сумки на поясе бинты и несколько склянок. «Королем Джунглей» Кир надрезал штанину возле раны, и девушка промыла ее жидкостью из склянки. Денис тихо постанывал. Мариэна помазала рану бруском, похожим на волокнистое мыло, достала пинцет и вытащила пулю, застрявшую неглубоко, под самой кожей. Крови было порядочно, но рана вряд ли угрожает жизни. Мариэна залепила ее веществом, похожим на воск, которое быстро схватилось, стянуло кожу, замотала бедро ученого бинтом и, ни слова не говоря, ушла в носовую часть лодки.

Денис лежал на боку, уткнувшись лбом в борт, и не шевелился. Кирилл дважды окликал Мариэну, когда она оглядывалась, брал в руки весло, показывал на берег — мол, надо пристать, но терианка лишь молча отворачивалась.

Домов на правом берегу поубавилось, а слева по-прежнему тянулись однообразные руины, перемежаемые пустырями. Небо черное, вода тоже, по ней светлыми пятнами плывут льдины. Редкие бледные огни на берегу. Мрачный, молчаливый мир…

Денис тихо застонал, трогая бедро. Мариэна встала и подошла к нему, сунула ученому какое-то снадобье из своей сумки. Денис пофыркал, покривился, но выпил. Закашлялся, лицо порозовело, взгляд прояснился. Кир припомнил бодрящую настойку, которой в варханском лазарете его напоил Явсен, — наверное, зелье Мариэны того же рода.

Когда девушка выпрямилась, он собрался повторить, что надо причаливать, коснулся ее руки — и терианка дернулась, словно ее током ударило. Лодка качнулась, Мариэна присела, схватившись за борт. Помолчала, уставившись в дно, и произнесла несколько слов.

— Переведи, — сказал Кирилл.

Денис, все еще держась за бедро, ответил:

— Кажется, говорит, что не права. Нет, «ингейт-ко», «ко» — прошедшее время… Была не права.

— Значит, простила меня за то, что я не спас мир, то есть миры?

— Наверное, да. Хотя я предпочитаю слово «реальности». «Миры» — слишком фантастично звучит. Кстати, ты знаешь, что в языке варханов слово для «мира» и «власти» одно — «валд»? Интересно, если задуматься.

Мариэна направилась к носу, и Кир окликнул:

— Стой! Я хочу причалить!

Он поднял весла и выпрямился, чтобы пройти к лавке для гребца. Мариэна, развернувшись, обронила несколько слов.

— Приказывает не делать этого, — перевел Денис.

— Пусть приказывает рыбам в реке, — буркнул Кир. — Я гребу к берегу.

Когда он шагнул вперед, терианка нацелила на него черный револьвер, из которого недавно стреляла по варханам на полосатых катерах.

Криво улыбнувшись, Кир перебрался через лавку. Сел. Мариэна подалась вперед, ствол уставился ему в лицо. Кирилл принялся вставлять весла в уключины. Она в упор глядела на него, Денис испуганно молчал.

Наконец Мариэна заговорила, и ученый поспешно перевел:

— Она утверждает: нельзя к берегу. Кирилл, слышишь? Нельзя!

— Почему нельзя? — Кир вставил второе весло. — Пусть объяснит, тогда я решу, что делать.