— Мне не страшно.

— Только не забывай: на кровать ему нельзя!

— Ага, — сказала Бетти, отпуская ошейник. Пёс в два прыжка пересёк комнату и радостно взгромоздился на кровать.

Столкнув Пса на пол, Розалинда спросила:

— Ты уже решила, что ты хочешь сегодня послушать, чтобы лучше спать?

Бетти юркнула под одеяло. Теперь, когда выяснилось, что Пёс останется тут на всю ночь, в комнате сразу стало гораздо уютнее.

— Расскажи, как мама выбирала мне имя.

Розалинда предпочла бы вспомнить что-нибудь другое — из тех времён, когда миссис Пендервик была ещё молодая и вовсе не собиралась умирать. Но ведь рассказов, в которых мама и Бетти были бы вместе, так немного, и рассказ про имя у Бетти один из самых любимых. Присев на край кровати, Розалинда начала:

— Как только ты родилась, мы с папой приехали в больницу, к вам с мамой в гости…

— А Скай и Джейн не приехали, — добавила Бетти очень довольным голосом.

— Верно. У нас тогда жила тётя Клер, помогала по хозяйству, и Скай и Джейн остались с ней… Мама сидела на больничной койке среди подушек, на ней был красивый голубой халат. Она держала тебя на руках. Папа спросил: «Милая, как мы её назовём?» Мама сказала: «Назовите её в честь меня».

— И папа опечалился.

— Верно. Папа опечалился и сказал, что для него есть только одна Элизабет. А мама сказала: «Тогда пусть она будет Элизабет, но пусть все зовут её как-нибудь по-другому — Бетти, например. По-моему, ей должно понравиться».

— И тогда я улыбнулась.

— Да. «Вот видишь, Мартин? — сказала мама. — Она улыбается. Значит, ей нравится. Правда, Бетти?» Она поцеловала тебя, и ты снова улыбнулась.

— А через две недели мама умерла от рака, а я приехала из больницы домой.

— Да. — Розалинда отвернулась, чтобы Бетти не видела её печального лица.

— И ты мне сказала: здравствуй, малышка Бетти! А Скай и Джейн сказали: здравствуй, глупышка Бетти!

— И стали мы все вместе жить-поживать, — закончила Розалинда. — А теперь спи! Папа скоро зайдёт. — Она поцеловала Бетти в лоб, поправила ей подушку и выключила свет.

Когда она уже прикрывала за собой дверь, кровать Бетти скрипнула сразу всеми пружинами. Пёс, догадалась Розалинда и, вздохнув, направилась в комнату Скай. Был уже девятый час.

— Наконец-то, — выпалила Джейн, едва Розалинда показалась на пороге. — Я думала, ты вообще сегодня до нас не дойдёшь! Скай мне ни словечка не говорит про то, зачем она нас собрала, зато уже замучила меня своими иррациональными числами. А на что мне эти числа? Я и без них прекрасно проживу. Класса до седьмого уж точно.

— С таким отношением ты ничего в жизни не добьёшься, — предупредила Скай.

— Ну хватит, — Розалинда опустилась на кровать рядом с Джейн. Согласно графику Скай это была кровать «вторник-четверг-суббота». Сама Скай сидела лицом к сёстрам на кровати «понедельник-среда-пятница». — Предлагаю начать совещание старших сестёр Пендервик.

— Поддерживаю предложение, — сказала Скай.

— Я тоже! — От нетерпения Джейн слегка подпрыгивала на кровати.

— Клянёмся молчать обо всём, что тут будет, храня нашу тайну даже от папы. Только чтобы беду отвести, мы вправе нарушить данную клятву, — проговорила Розалинда, кинув многозначительный взгляд на Скай. Но та и глазом не моргнула: какие беды, при чём тут она?

Розалинда вытянула вперёд сжатую в кулак правую руку, Скай и Джейн сделали так же — получилось три кулака один над другим.

— Честью семьи Пендервик — клянёмся! — хором произнесли три сестры, и три руки тотчас опустились.

— Давай, Скай, выкладывай уже, — сказала Джейн.

Скай наклонилась вперёд и прошептала:

— Я была в парке!

И что, ради этого надо было собирать совстарсеспен? — спросила Джейн. — Тоже мне, великое событие. Я завтра тоже туда пойду.

— Дай договорить. Я видела миссис Тифтон! То есть не видела, а слышала. Видеть я как раз ничего не могла, Кегни же сунул меня в вазу…

— Скай, — простонала Розалинда, — ну куда ты опять влипла?..