Шрифт:
Пытается дать.
– Глаза, – неожиданно сказал я. – Глаза! У меня бывает такое с глазами, я начинаю плохо видеть. Я подлетел к Летящему и потерял ориентацию! А потом тот уже был далеко.
Наверное, я вспомнил, как мы фантазировали в школе перед контрольными. Голова болит, в животе колики, палец на руке вывернул… В школе такое помогало.
– Чушь! – заорал Старший, наставляя на меня арбалет. Но Шоки взмахом руки снова осадил его. Повернулся к Лэну и спросил:
– Ты знал об этом?
Лэн помотал головой и, вот молодец, торопливо сказал:
– Нет, не знал, но у Даньки что-то было с глазами, он временами останавливался, тер их…
– Не верьте его Младшему, он и сам трус!
– Заткнись, Ивон, – твердо сказал Шоки. – Всякое бывает. Слово Даньки и его Младшего против твоего и твоего Младшего. Ничья.
Как ни странно, Ивон не казался особо огорченным. Он улыбнулся и сказал, словно процитировал с книжки:
– Крылатый должен быть готов к полету и бою. А если подвела его рука – отсеките руку, если не услышал он сигнала – отрежьте уши… Ты помнишь правила вылета, Шоки?
Тот кивнул. Я еще ничего не понял, но решил, что дожидаться развязки не буду. Взлечу – и будь что будет. Постараюсь удрать…
Меня схватили за руки, кто-то, упав на землю, вцепился в ноги. Я даже и сопротивляться не пробовал. В полминуты с меня сорвали Крыло, и я остался перед толпой в одних плавках, как и пришел совсем недавно в город. Почему-то стало гораздо страшнее, словно одежда могла от чего-то защитить. Хорошо хоть, чьи-то грубые пальцы надели на меня очки.
– Ты все понял? – спросил Шоки. – Это закон, Данька.
Я ничего не понимал, но все-таки кивнул. Спросил:
– Что будет с Лэном?
– Если ты не выйдешь с ним на следующий вылет, ему придется искать другого Старшего, – с сочувствием сказал Шоки.
Если не выйду? Значит, надежда все-таки есть?
– Шоки, Лэн не трус. Помоги ему если что, – попросил я.
Шоки кивнул и, повернувшись к толпе, заорал:
– Что вы все собрались? Это дело Крылатых! И прогоните Младших, им нечего здесь делать!
Женщины и мальчишки помладше стали быстро выбираться из толпы. Лишь один из мужчин спокойно возразил Шоки:
– Мы тоже были Крылатыми. И вправе остаться. К тому же кому-то придется быть с этим мальчиком… потом. Присмотреть за ним.
– Хорошо, – хмуро согласился Шоки. – Ивон, ты доволен?
– Вполне! – нагло ответил тот.
– Ты так ненавидишь Даньку?
– Я ненавижу Летящих. А он отпустил одного из них!
Шоки подошел ко мне и достал кинжал. Я задергался, но меня держали крепко, не вырвешься. Что же он собирается делать?
– Отпустите, все было не так! – крикнул вдруг Лэн. – Данька, скажи им…
– Молчи! – крикнул я. – Молчи, я приказываю тебе! Младший!
Лэн замолчал, зажав себе рот руками. Но смотрел он на меня с таким ужасом, что, отпусти меня сейчас помощники Ивона, – я бы упал на землю. Ноги не держали.
– Зачем ты отпустил Летящего? – подойдя вплотную, спросил Шоки. Моя ложь его не обманула.
– Не смог ударить, он был похож на тебя, – так же шепотом признался я. И увидел, как побледнел мой единственный среди Старших заступник.
– Это был мой брат, – тихо сказал он. – Но это ничего не меняет.
Ивон вышел из-за моей спины, остановился рядом с Шоки и быстрым движением сорвал с меня очки. Я погрузился во тьму. Как неприятно быть слепым среди зрячих! Только шумное дыхание вокруг и страх, страх, страх…
– Дай мне! – сказал невидимый Ивон.
– Нет, – отрезал Шоки. – Держите ему голову!
И тут я понял. Понял все. И забился, пытаясь вырваться или хотя бы отвести назад голову, в которую вцепились чьи-то услужливые руки, а потом просто кричал:
– Не надо, не надо, лучше убейте меня!
Мне зажали и рот, я вцепился в чужую руку зубами, но не смог прокусить ткань Крыла. А потом была боль в левом глазу – огненная, сверлящая боль от удара кинжалом и вспыхнувший на мгновение кроваво-огненный свет…
Когда мне снова смогли зажать голову, то боль вонзилась в правый глаз. Только я этого уже не помнил. Или очень хорошо постарался забыть за то время, что провел без сознания.
6. Настоящий свет, Настоящий взгляд…
Я лежал, накрытый одеялом, и ничего у меня не болело. Это потому, что ничего страшного и не случилось. Я просто уснул рядом с Солнечным котенком, и мы еще не тренировались с Лэном, и не было вылета, и не было…