Лучшие целители пытались ее спасти. Но все их усилия были напрасны. Кинжал Тарция оказался смазан незнакомым ядом, который сейчас медленно убивал Шанаю, разъедая ее изнутри. И никто не мог понять, почему она еще жива, почему не погибла сразу же, в саду королевского дворца, поскольку рана и без отравы была смертельной.

Король Харий, узнав о том, каким провалом закончилось покушение на наследного принца Нардока, бросил все свои дела и тотчас же явился в Мерион, поскольку целители запретили тревожить принцессу. Малейшее неосторожное движение в любой момент могло окончательно оборвать тоненькую ниточку, еще связывающую Шанаю с этим миром. Правитель Дахара бушевал, пытаясь выяснить подробности произошедшего. Но стражники видели лишь окончание сцены и не слышали признания Тарция в служении королеве Ханне. Поэтому все решили, что маг пытался остановить Ноэля и Фария, но не успел. Те сбежали, напоследок смертельно ранив принцессу.

В другом крыле дворца медленно выздоравливал Далалий. Он был одним из немногих, кто уцелел после нападения на императора Кириона. Увы, но дурные предчувствия не обманули Залина, и он действительно не пережил злополучного дня.

Сутки напролет стражник лежал в своей комнате и разглядывал потолок. В его душе царило спокойствие. Он знал, что принцесса Шаная балансирует сейчас на краю пропасти, из которой не выбираются самостоятельно, и ощущал себя полностью отомщенным. Жаль только, что смерть так медлит, не забирая подлую изменницу в свои владения. Но с другой стороны – возможно, это и к лучшему. Пусть помучается перед вечным покоем.

Новый правитель Нардока, коронованный против всех правил на следующий же день после трагической гибели Кириона, устало сгорбился за своим столом, зарывшись лицом в ладони. Он почти не спал все это время. Зальдер отказался выдавать тело погибшего императора, вместо этого прислав одну голову. Каждый раз при воспоминании о жестокой насмешке душу Ноэля захлестывал гнев – страшный в своей безрассудности и жажде крови.

«Они пожалеют, – шептал он себе в подобные минуты. – Они все пожалеют. Я еще покажу, как умею мстить за родных!»

Империя приготовилась к удару. Подобралась, словно хищный зверь перед прыжком. Все ждали только приказа. Он сейчас лежал на столе перед Ноэлем, дожидаясь подписи. Один росчерк пера – и уже ничего нельзя будет изменить.

Ноэль придвинул к себе чернильницу. Поднес к свету гусиное перо, проверяя его заточку. И вновь замер. В памяти против воли постоянно вставало бледное личико Шанаи, ее отчаянный крик, когда он отшвырнул ее от себя. Неужели она действительно ничего не знала?

– Ваше величество? – В кабинет без стука вошел Фарий. Остановился, не доходя нескольких шагов до стола, и удивленно вскинул бровь при виде еще не подписанного приказа. – Вы меня вызывали?

– Вызывал, – глухо проговорил Ноэль. – Как там Тиора? Держится?

– С ней все хорошо. – Фарий невольно поморщился при имени возлюбленной Кириона. – Но ребенок… Увы, от потрясения случился выкидыш.

– Правда? – Ноэль нерадостно хмыкнул. – Удивительно кстати для меня.

Фарий опустил голову, пряча в уголках губ слабую усмешку. Да, ребенок Тиоры и императора родился бы вне брака, но все равно гипотетически мог оспорить право Ноэля на трон. Тем более что всем было хорошо известно, что Кирион собирался в ближайшем будущем узаконить свои отношения с Тиорой, заручившись благословением богов. К сожалению мага, сам Ноэль ничего не собирался предпринимать, чтобы обезопасить себя в будущем, поэтому пришлось постараться Фарию. Сантименты сантиментами, но на таком сроке беременности это тяжело считать убийством. И потом, угроза выкидыша существовала на самом деле. Всего-то проблем – чуть подправить состав травяного отвара, предназначенного для Тиоры.

– В случившемся нет ничего странного или подозрительного, – мягко произнес Фарий, стараясь утешить расстроенного Ноэля. – Тиора очень тяжело переживает гибель Кириона.

– А теперь ей еще придется оплакивать своего нерожденного ребенка, – тихо добавил Ноэль. Задумчиво потер лоб и искоса глянул на Фария. – А что слышно от шпионов при дворе Денара и Хария? Принцесса Шаная еще жива?

– Пока да. – Фарий с презрением скривился. – Но надеюсь, это ненадолго. Яд убивает ее. Зальдер всегда отличался целителями-остолопами. Они вряд ли раздобудут противоядие.

– А у тебя оно есть? – вкрадчиво поинтересовался Ноэль, сам не понимая, что делает.

– Ваше величество! – Фарий возмущенно выпрямился. – Шаная – дочь Хария. Даже если она не знала о покушении, его надлежит покарать за содеянное. И смерть принцессы послужит ему достаточным уроком.

– Так есть или нет? – Ноэль встал и оперся руками на стол, пристально глядя на внезапно смутившегося верховного мага. Все-таки мало кто мог выдержать фамильный взгляд представителя императорского рода.

– У меня есть кристалл Террии, – произнес Фарий, отводя глаза. – Это уникальная вещь, пожалуй, единственная в своем роде. Нейтрализует любой яд.

– Кристалл! – потребовал император, оборвав его.

– Но ваше величество! – запротестовал Фарий. – К чему вам спасать ее? И потом, как вы себе это представляете? Принцессу наверняка хорошо охраняют, а если отдать кристалл напрямик Харию или Денару – они не поверят в ваши добрые намерения.

– Кристалл! – раздраженно повторил Ноэль, и Фарий сник. Достал из кармана крупный зеленоватый камень, мягко засветившийся в солнечных лучах, и положил его перед Ноэлем.