Шрифт:
– Доброе утро! – поприветствовала Джессика брата.
Стивен лишь кивнул Джессике и, не говоря ни слова, начал наливать себе апельсиновый сок.
«Ладно, – подумала Джессика, – может быть, будет лучше, если я вначале поговорю со Стивом. Да, это в самом деле отличная идея! Ведь мы всегда неплохо с ним ладили».
– Стив, – вкрадчиво начала Джессика, – я могу поговорить с тобой?
Стивен залпом выпил стакан сока и посмотрел на часы.
– Послушай, Джес, ты можешь немного подождать? Мне необходимо сейчас принять душ, а затем я планировал поиграть с ребятами в теннис, и мне не хотелось бы опаздывать...
– У тебя что, не найдется для меня даже пары минут? – обиженно спросила Джессика.
– Извини! – бросил на ходу Стив. – Я поговорю с тобой, когда вернусь. Обещаю!
Джессика просто не могла в это поверить. Стивен тоже оказался слишком занятым для того, чтобы поговорить с ней. Он, наверное, не понял, насколько серьезным должен был быть этот несостоявшийся разговор.
Вдруг Джессика услышала телефонный звонок. Поистине, это было счастливое избавление от тяжелых мыслей!
– Алло, – сказала она.
– Отлично, что хоть кто-то в этом городишке уже поднялся с постели.
Джессика без труда узнала голос Лилы Фаулер.
– Ой, привет, Лила!
– Это действительно Джессика Уэйкфилд? – спросила Лила с наигранным подозрением в голосе. – Я думала, что ты умерла или, в крайнем случае, уехала из города...
«Если бы ты только знала!» – с горечью подумала Джессика.
– Нет, прости, что я тебе так долго не звонила. Я просто была занята.
– Я разговаривала с Карой, и она сказала, что не видела тебя с вечеринки. Джес, что происходит? У тебя что, появились новые друзья?
Джессика понимала, что последнее замечание относится к Ники, но не стала поддерживать эту тему.
– Да нет. Прости меня, Лила. Но я действительно была занята, правда!
– Ну хорошо, – угомонилась настырная подруга, – я просто хотела позвать тебя пройтись по магазинам...
– Сегодня... – Последнее, о чем могла подумать Джессика, планируя сегодняшний день, так это поход с Лилой по магазинам. – Прости, но я не могу сегодня. Просто я договорилась с отцом, что проведу день с ним, – не моргнув глазом, соврала Джессика.
– Ладно-ладно. – Лила замолчала на мгновение. – Джес, у тебя все в порядке?
– Конечно, – поспешно ответила Джессика, – а в чем дело?
– Ну, я не знаю... Ты какая-то странная...
– Да нет, Лила. Все в порядке, правда! Я совершенно нормальная девушка конца двадцатого века, – пыталась шутить Джессика, хотя сейчас ей было совсем не до шуток.
– Хорошо, но, может быть, ты позвонишь мне попозже, когда освободишься?
– Конечно, – успокоила ее Джессика, – обязательно!
Они распрощались, и Джессика положила трубку.
Джес всегда была уверена, что в трудную минуту сможет положиться на своих друзей, но сейчас они все казались ей такими детьми! Должно быть, это из-за того, что Ники старше всех ее друзей и очень влияет на нее.
«И может быть, он не такой уж и плохой, как думают о нем окружающие!» – размышляла про себя Джессика.
Вдруг она услышала шаги Лиз, доносившиеся со второго этажа. «Хорошо, – решила Джессика, – я все-таки попытаюсь еще раз! И если уж кому-то суждено сегодня выслушать меня, то пусть лучше это будет Элизабет».
Ее сестра всегда была неразгаданной тайной для Джессики, между тем как Элизабет, наверное, умела читать все мысли Джессики. Кто-то из них должен был начать этот разговор!
Джессика взяла поднос, поставила на него чашку, налила горячий кофе и быстро приготовила бутерброды. Взяв в руки поднос, она поднялась наверх. Элизабет была в ванной и, по всей видимости, уже заканчивала одеваться.
– Джес, помоги мне, пожалуйста! – умоляюще сказала Элизабет, увидев сестру.
Джессика уже начала подозревать, что та тоже куда-то торопится.
– Ты не дашь мне свою новую помаду? Мне не нравится ни одна из моих, а я во что бы то ни стало должна сегодня хорошо выглядеть!
Джессика кивнула и пошла в свою комнату за помадой. Какое-то время она не могла ее найти, но потом обнаружила под стопкой журналов на столе.
– Держи, – сказала она, заходя в ванную и протягивая сестре тюбик.
– Спасибо! – улыбнулась Элизабет.
Она взяла помаду и осторожными, но быстрыми и умелыми движениями накрасила губы. Бросив последний взгляд на свое отражение в зеркале, Элизабет отдала Джессике помаду и спросила: