Шрифт:
— Дед Мороз! Как ты угадал?! — раздался удивленный голос путешественника. Он прилаживал к спине старый кошелек. — Какой замечательный рюкзак! И для меня подарок, и для Прищепки: ей теперь не придется в походах за мной всё таскать!!!
Носок в руках у Кладовкина опустел…
— Ну, — крикнул он из-за простыни, — с Новым годом! С праздником!
— То есть как это «с Новым годом»?! — передразнила возмущенная Канючка и перестала прыгать. — А Кладовкину подарок?
— Да! А нашей Белке? — вторил ей Дорожкин.
— Ну-ка показывай мешок, — приказал Механюк и грозно двинулся к простыне.
Кладовкин с надеждой посмотрел на Белку.
Механюк уже решительно поднимал край простыни.
Белка отпрянула, и…
Ее лапки сорвались со столешницы! Дед Мороз и олень рухнули вниз, коготки Белки цепляли старый горн и вазу, доспехи Кладовкина грохотали о молотки и чайники, стальные оленьи рога воткнулись в трехногую табуретку, остановив полет Деда Мороза и его сказочного оленя в самый неудобный момент — кверху лапами и ногами.
— Улетел, — услышали они разочарованный голос Механюка откуда-то сверху. — Улетел вместе с мешком и оленем.
На краю столешницы появились три силуэта встревоженных друзей Кладовкина.
— Ой, смотрите, смотрите! — заверещала Канючка, указывая на попавшую в беду парочку. — Мало того что он Кладовкину и Белке ничего не принес, так он еще их сшиб, пролетая мимо!!!
Кладовкин и Белка переглянулись. С сожалением оставив воткнутые в табурет рога, Белка поправила у себя на спине Кладовкина и стала карабкаться на столешницу.
— Праздник продолжается? — неуверенно спросил Кладовкин, выбираясь на родную буфетную столешницу. Он все еще надеялся, что все узнают в нем Деда Мороза.
Но нет! И тогда он… соврал!
— Дед Мороз мне шепнул, чтобы мы веселились.
— А подарок он тебе подарил? — упорствовала Канючка.
— Конечно!
— Покажи!
— Он невидимый!
— Врешь! — И она развернула бумажку с пожеланием Кладовкина. А потом пристально посмотрела в его сияющее лицо и сказала: — Не врешь!!! Он действительно сделал тебя счастливым без сокровища!
Под сказочные песни Страшилки друзья вертелись вокруг елочки, пока не устали.
А потом совершенно счастливый Механюк подхватил колокольчик, забрался в свои часы и прошептал кукушке — До Весны! А совершенно счастливый Дорожкин подобрал со столешницы подозрительно растянувшийся носок, засунул на дно рюкзак, лег сверху и сказал Прищепке:
— До Весны!
Канючка взлетела, как пушинка, на свою полку, захлопнула стеклянную дверцу, улеглась в хрустальную креманку и прошептала:
— До Весны!
А близняшка из ракушки прошептала в ответ:
— До Весны!
Кладовкин, покачиваясь от счастья и важности, спустился в свой ящик, поклонился по очереди всем своим пастушкам, балеринам, старичкам и кошкам, свернулся клубочком на сундучке с колючками и пробормотал:
— До Весны.
А старички, кошки, пастушки и фарфоровые собачки почтительно закивали из темноты:
— До Весны, Дед Мороз!
А старая мудрая крыса Белка вернулась к себе домой, устроилась поуютнее в своем гнездышке из диванной набивки и приготовилась ждать пробуждения самых дорогих существ.
— Какое счастье, когда есть кого любить, — прошептала она. — Друзья весь мир превращают в праздник.
***
Когда четверо маленьких друзей спали счастливым сном и смотрели волшебные сны друг про друга, стена праздничного мира их чулана исчезла! И в проем хлынул яркий свет. А в этом свете стояли ДВА ВЕЛИКАНА.
Крыса Белка съежилась в своем гнезде.
— Надо, чтобы Новый год был настоящим, — сказал один великан другому.
«Ага, — подумала Белка, — позавидовали нашему празднику!»
А великаны тем временем шарили на полках, забирая стеклянные горы и холмы, а потом один из них остановился и добавил: