Шрифт:
— Принцесса Амейра, сэр.
Не ее любовник, подумал он. Приезд принцессы, скорей всего, связан с появлением Люси.
— Я вижу, ты не терял времени и поспешил рассказать отцу о вчерашнем происшествии, Захир.
— Сэр, — запротестовал тот, — я не… я бы не посмел… Ваш отец озабочен. Он понимает, что вы страдаете, но вы ему нужны, Хан.
— У него есть еще два сына. Один — чтобы занять его пост впоследствии, другой — чтобы вместе охотиться.
— Но вы, Хан…
— Он может меня заменить.
Захир был непоколебим.
— Но эта история с мисс Форестер не осталась без внимания. Сэр, — добавил он, — ваш отец все узнал помимо меня, это был лишь вопрос времени.
— Он, наверное, хочет знать, почему услышал новости не от тебя.
— Вы совершили акт милосердия, ваше высочество. Я не думал, что произошедшее имеет большое значение для его величества.
— Будем надеяться, для твоего же блага, что его величество такого же мнения. — Ханиф дружески потрепал Захира по плечу. Они оба знали, что этот жест означает извинение. — Мне будет жаль, если он тебя заменит кем-то, кто станет ему больше надоедать. Должен предупредить тебя, Захир, что прибытие принцессы многое меняет.
— Это простое совпадение.
— Я не верю в совпадения. — Несомненно, отец дает понять, что если он опекает незнакомую иностранную женщину, то найдет время и для собственной дочери. — Приготовь все к приезду принцессы.
— Уже все готово, ваше высочество.
В небе возник вертолет и завис над посадочной площадкой, сдувая алые цветки с деревьев.
— Вы ее поприветствуете? — спросил Захир.
— Не сейчас. Она устала от поездки. Наверное, завтра.
Кузен посмотрел на него и покачал головой. Это «завтра» у Ханифа длилось уже три года. И еще один день ничего не изменит.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Люси отказалась от болеутоляющего, которое Ханиф ей предложил. Он оставил две капсулы и стакан воды на тумбе около ее кровати. Рядом лежал небольшой колокольчик на случай, если ей что-то понадобится.
Люси чувствовала себя изможденной. Но не только из-за аварии. Она не могла заснуть с тех пор, как пришло подтверждение о состоянии счета ее кредитной карты во второй раз. Люси решила, что первый отчет содержал ошибку, и послала письмо Стиву по электронной почте. И он ответил, что со всем разберется. Когда через несколько дней пришел второй отчет, Люси поняла, что ошибку совершила она.
Все тело ныло, но ей следовало обдумать, что делать. Что рассказать Ханифу Аль-Хатибу. Она не хотела, чтобы он попал в неприятности из-за нее. Но также не хотела, чтобы ее вернули с помощью властей. Он так и поступит, как только все узнает.
Через Интернет она узнала, что Рамал-Хамра — довольно-таки современный уголок земли, и права человека здесь не пустые слова. Что это означает для того, кто угнал автомобиль, оправдывает его или наоборот, она и понятия не имела. И, честно говоря, сама не могла найти себе оправдания.
Ее бабуля наверняка тоже была бы не в восторге от действий Люси, она бы обратилась к цитатам из Библии, указывая ей на грех…
Единственное, что она могла сказать с уверенностью в эти дни, так это то, что вела себя как идиотка. Если бы пошла в полицию вместо того, чтобы в гневе преследовать Стива, то не попала бы в такую передрягу.
Она отступила от собственных моральных принципов, встав на неверную тропу.
Может, хороший адвокат оправдает ее поступок помутнением разума. И возложит всю ответственность на Стива. Подаст ответный иск, и его осудят по крайней мере за мошенничество.
Но ей-то какая польза от этого? Если бы она и смогла позволить себе адвоката, это мало что изменило бы: Стив не сможет вернуть ей долг, сидя за решеткой.
К тому же это был вопрос не только денег.
Вот в чем причина. Когда Люси взяла «4x4», чтобы последовать за ним, она думала не о себе. Все, чего она хотела, — чтобы он исправил ситуацию.
Если бы.
После всех этих раздумий Люси поняла, что ум отказывает ей, и, потянувшись за таблетками, обнаружила, что она не одна в комнате.
— Привет. — Люси попыталась улыбнуться заплывшим лицом.
Худенькая девочка выглядела довольно экзотично в ярком шелке. Она смущенно выглядывала из-за двери, ничего не говоря и не двигаясь. И Люси решила попробовать еще раз, используя свои ограниченные познания в арабском.
— Как тебя зовут? — Она надеялась, что сказала именно то, что имела в виду. Полной уверенности не было, поскольку девочка испугалась и убежала, позвякивая золотыми украшениями.
Ее место в дверном проеме заняла женщина в легком черном одеянии, накинутом поверх платья. Она взволнованно прошептала: