— Оно просто великолепно, Джина. Простое, в форме трапеции, платье было сшито из роскошного кремового шелка. Оно было украшено фиолетовой, пурпурной и зеленой аппликацией, которая доходила до колена. Вместо фаты Джина создала невероятно красивый, свободного покроя жакет длиной до бедер, на котором рисунок аппликации повторялся по краю широкого, завернутого вверх обшлага. Вышивка и маленькие бусинки переливались на свету. Такие же бусинки были и в маленькой диадеме, выполненной в русском стиле. Она очень подходила к платью.

— Мне жаль, что эта свадьба не настоящая, — сказала Джина. — Мне бы очень хотелось, чтобы этот твой мистер Горячий-и-Сексуальный примерил пурпурный жилет.

— Мне бы тоже этого хотелось, — отозвалась Сильви, впервые за все это время сбросив маску и показав свои истинные чувства. — Я имею в виду, что хорошо бы все это было по-настоящему.

— Я знаю, что ты имеешь в виду, Сильви. Это написано у тебя на лице. — Джина сделала паузу. — Он ведь отец твоего ребенка, не так ли?

Сильви попыталась отрицать это, но у нее не получилось. В конце концов она беспомощно всплеснула руками, и этим жестом было сказано все.

— Я так и знала. Мужчины так глупы, — подытожила Джина.

— Мы все иногда не очень умны, — возразила ей Сильви, сбрасывая с плеч шелковый жакет.

Эта неделя была прямо-таки русскими горками. У нее постоянно кружилась голова. Возможно, от нервного истощения.

Том стал для нее настоящей каменной стеной, на которую можно было надежно опереться. Он организовал плотников, те делали столы для гостей и столбы для шатра, сам распаковывал каждый набор разноцветных фонарей, проследив за тем, чтобы их развесили внутри шатра так, чтобы все было похоже на веселую ярмарку. Еще он разыскал где-то старые ярмарочные машины и приспособил их под сиденья. Вечерами он всегда был рядом с ней, готовый в любую минуту прийти на помощь и предложить новые идеи.

У Тома был на редкость проницательный ум. Он видел все насквозь, все понимал. И только один вопрос оставался неясным. Но так больше не могло продолжаться.

Том работал за кухонным столом, когда вошла Сильви с большой коробкой в руках.

— Это бабушкино платье?

Том встал со стула и взял у нее из рук коробку.

— Да. Я возьму его с собой. Просто так, на всякий случай, — сказала Сильви.

— На какой случай?

— На тот, если у Джины что-нибудь случится с машиной или сгорит ее мастерская. — Сильви села. — Поверь мне, я давно в этом бизнесе и знаю…

— Кстати, Сильви, я немного беспокоюсь по поводу тяговых механизмов, — озабоченно произнес Том. — Я знаю, ты сказала Лоре, что все они в рабочем состоянии, но…

— Ты не должен беспокоиться о них, — перебила его Сильви. — У нас еще уйма времени. Целое утро. Я только отнесу это наверх и вернусь. Мне нужно поговорить с тобою, Том.

— Оставь это, пожалуйста, на минуту, — попросил Том, положив коробку с платьем на кухонный стол. — Я хочу, чтобы ты пошла и посмотрела шатер.

— Я думала, там все закончено.

Том загадочно улыбнулся.

— У меня есть сюрприз для тебя.

Сильви протянула Тому руку. На секунду они оба замерли. Затем, будто очнувшись от забытья, вышли на улицу и сквозь предрассветные сумерки вместе направились к шатру.

— Подожди, — сказал Том, когда они подошли к входу. — Я хочу, чтобы ты получила полное впечатление. — Он крепко сжал ее руку и включил генератор.

Внутреннее пространство шатра осветилось огнями, которые шли по каждому сгибу, по бокам, по крыше, каскадами спускаясь сверху вниз.

В центре шатра светильники были меньше. Они создавали зеркальный эффект, отражая свет тех фонарей, что были развешаны по периметру. Столбы, на которых держался шатер, в верхней части были украшены огромными бантами из разноцветных лент. Такие же ленты обвивали их до самой земли. По углам располагались ярко раскрашенные ларьки с едой. Рядом стояли ярмарочные скамьи.

Последние штрихи были добавлены вчера днем. Прибыла машина, делающая сахарную вату. Огромные связки разноцветных воздушных шаров были привязаны к столбам и, натянув веревки, стремились вверх.

Когда Сильви огляделась, она увидела то, что Том называл сюрпризом.

Ярмарочный орган. Том подошел к нему, опустил рубильник, и, как по волшебству, музыка заполнила собой все пространство.

— Том! Это великолепно! Восхитительный завершающий штрих.

Сильви говорила, а кожа ее от восторга покрывалась пупырышками.

— Позвольте пригласить вас на танец, мисс Смит, — неожиданно сказал Том и, прежде чем она успела запротестовать, уже закружил ее в вальсе. И это тоже было волшебство. Но слишком короткое. Музыка замолкла. Еще минуту Том не отпускал Сильви. — Ну вот и все, — произнес он наконец и, прежде чем она смогла что-то сказать, отвернулся. — Иди в дом, Сильви. Мне нужно немного времени, чтобы все здесь отключить. Не сомневайся в том, что все это абсолютно безопасно. Я выключу свет в последнюю очередь, чтобы ты смогла спокойно дойти до дома. — Том на секунду замолчал, а потом добавил: — Береги себя.