Много позже я прочитал все, что мог, и о самом Джеке Финнее. И в очередной раз поразился: как мало он — по меркам американской фантастики — успел написать. И как мало сведений оставил о себе [14] .

Джек Финней — литературный псевдоним Уолтера Брейдона Финнея, родившегося 2 октября 1911 года в Милуоки (штат Висконсин). После окончания колледжа Нокс в Гэйлсбурге (название этого города в соседнем штате Иллинойс еще мелькнет в произведениях писателя) он работал в различных рекламных агентствах и об этом своем профессиональном опыте не раз вспомнил впоследствии в романах и рассказах. После чего полностью переключился на литературную деятельность, благо она давала возможность прокормить семью — жену, сына и дочь. Большую часть жизни писатель прожил в Лос-Анджелесе. Поближе к Голливуду — едва ли не главному своему «кормильцу».

Писать Финней начал рано, но совсем не фантастику. В основном детективные и «просто» романы, те, которые называют обобщающим термином mainstream («основной поток»).

Первый научно-фантастический рассказ «Такие интересные соседи» Джек Финней опубликовал лишь в 1951 году, причем не в специализированной научно-фантастической печати, а напротив — в престижном «глянцевом» еженедельнике «Collier's Weekly», К тому времени начинающий писатель-фантаст разменял пятый десяток.

В дебютном рассказе была описана ситуация «побега из своего времени». Но на сей раз вывернутая наизнанку — соседями героя рассказа оказываются беглецы из далекого будущего, в котором назревал конец света, и все население Земли срочно переселилось в различные эпохи, надеясь обрести там более спокойную жизнь. История, описанная Финнеем, вышла настолько человечной, «литературной», что ей самое место было в «толстом» журнале, где, кстати, время от времени печатали еще одного коллегу, также жившего в Лос-Анджелесе, — Рэя Брэдбери. И другие научно-фантастические и фэнтезийные рассказы Джека Финнея также увидели свет в аналогичных периодических изданиях широкого профиля — «The Saturday Evening Post» и «McCall's». Это были журналы, гордившиеся своим статусом «серьезных» и «литературных», в отличие от специализированных научно-фантастических, презрительно называемых «pulp fiction» — «низкопробное чтиво» [15] .

Парадоксально, но главный успех — в материальном выражении — в литературной карьере Финнея пришелся на произведение как раз научно-фантастическое. Совсем не «литературное» и, будем честными, банальное донельзя! Речь идет об остросюжетном боевике «Похитители тел» (1955), в котором на Землю вторгаются некие инопланетные организмы («стручки»), начинающие охоту за телами людей. Захватчики в буквальном смысле слова впитывают тела землян в себя, оставляя от «хозяев» один прах; в результате планета медленно, но верно начинает заполняться «дублями» людей, у которых от человеческого осталась только личина.

Сам автор неоднократно заявлял, что не ставил перед собой серьезных задач. Однако автор предполагает, а располагает читатель… В обстановке маккартистской истерии, охватившей Америку, роман определенно имел второй план. И совсем не фантастический…

Но даже несмотря на наличие политического подтекста, книга большого шума не вызвала. Однако стала основой знаменитой экранизации — одного из лучших научно-фантастических фильмов 1950-х годов «Вторжение похитителей тел» (1956) режиссера Дона Сигела. Популярность картины была столь велика, что римейк 1978 года осуществил не кто-нибудь, а представитель самого что ни на есть интеллектуального американского кинематографа — Филипп Кауфман. Главные роли сыграли звезда первой величины Дональд Сазерленд и легендарный «мистер Спок» из сериала «Звездный рейс» Леонард Нимой. В обоих фильмах «высоколобая» критика усмотрела многое, даже едва скрытую сатиру на конформных американцев, во многом утерявших свою хваленую свободу и готовых подчиняться любым социальным стандартам и стереотипам.

Может быть, это и преувеличение. Но, как бы то ни было, именно этой картине Джек Финней в значительной мере обязан своей единственной наградой в мире фантастики — Всемирной премией фэнтези, полученной в 1987 году в номинации «За общий вклад в развитие жанра» [16] .

Два других научно-фантастических романа Финнея — «Десятицентовик с Вудро Вильсоном» (1960) и «Меж двух времен» (1970) [17] — в большей мере отразили главную тему его творчества. Это выстраданная ностальгия человека XX века, издерганного, постоянно «взведенного» и бесконечно одинокого, несмотря на все технические игрушки, называемые «средствами коммуникации». Ностальгия по прошлому, по идиллической утопии — в другом времени или в каком-то параллельном мире. Так же просто, как сегодня эмигрировать в другую страну. По словам известного американского критика Гэри Вулфа, «эскапизм — термин, слишком часто упоминающийся применительно к научной фантастике, — в случае с Джеком Финнеем странным образом оказывается самым подходящим… Вся его фантастика представляет собой чистый эскапизм».

Необычная десятицентовая монета с профилем президента Вудро Вильсона из одноименного романа позволяет герою совершить побег в параллельную Америку, где он обретает славу — как автор популярнейших мюзиклов (которые в его «первой» реальности сочинил композитор Оскар Хаммерстейн) и как создатель застежки-молнии… Мелочи, конечно, но они сказочно изменили жизнь «маленького человека Америки», не говоря уже о его самооценке.

Во втором романе, хорошо знакомом нашему читателю еще по первой, «мировской» публикации, побег в прошлое принес герою неизмеримо большее — любовь. Другое дело, что Нью-Йорк 1880 года, куда в конце концов бежит простой сотрудник рекламного агентства Сай Морли со своей любимой (обретенной двумя годами позже — в 1882-м, куда его отправляют в качестве испытуемого-добровольца — участника некоего сверхсекретного правительственного проекта), оказывается для беглецов своего рода утопией.

Хотя в романе присутствуют ссылки на Эйнштейна и всякие наукообразные обоснования путешествий во времени, автор не скрывает, что это так, «для антуража». Для Финнея более важна убедительность иного рода — художественная. Ее он добился. После чтения романа читателя уже никогда не покинет ощущение, что теперь он знает, каково это — проснуться однажды в другом времени. Что касается метода переноса во времени, то он, по сути, тот же самый: в прошлое нужно просто поверить, как в параллельную реальность, которая никуда не исчезла — просто невидима и неощутима. Это, конечно, метафора, но в научной фантастике она действует. Достаточно просто любовно и детально реконструировать прошлое, в которое вы желаете перенестись. Научиться одеваться, как принято было тогда, питаться, думать, поступать, как это делали наши предки. Привыкнуть к их быту. Словом, вспомнить все. И, выйдя на вечернюю прогулку в своем времени, вы откроете дверь подъезда в прошлое.

Важно только страстно захотеть сделать шаг.

«Роман о времени» сам пришелся «ко двору». Окончание эпохи «бурных шестидесятых», как никакое другое время в новой истории Америки, породило ностальгию по добрым тихим старым временам. Хотя и заметно идеализированным, но таково свойство всех утопий.

Четверть века понадобилась Джеку Финнею, чтобы осознать, что он еще не все сказал о своих героях и о прошлом, где они затерялись. И перед самой смертью писатель закончил роман-сиквел «Меж трех времен» (1995), в котором попытался распутать хотя бы некоторые из неизбежных в таких путешествиях временных парадоксов — хроноклазмов.