– Завтра все работы будут закончены. – Лар Элий пропустил девушку вперед, когда пришлось разминуться с тяжело груженной телегой, везущей камни из каменоломни.

– Я вижу. – Титания остановилась, ожидая спутника.

– Мы сразу же вернемся к себе в долину, скоро сбор урожая, мы не можем задерживаться. – Лар Элий понимал, что это может показаться неуважением, но и не боялся задеть чувства даков.

– Я понимаю. Но отец захочет устроить праздник по поводу завершения строительства. – Титания не стала настаивать на том, чтобы римляне остались.

– Я не хочу его обижать, но дела – прежде всего. – Это было не извинение, а просто констатация факта.

Титания скрестила руки на груди.

– Я попробую убедить Тита Патулуса переехать в каструм. Так будет разумнее и безопаснее.

– Здесь хватит места не только для вождя и его окружения, но и для половины Патависсы, – согласился Лар Элий.

– Вряд ли наши горожане захотят жить в казармах, – с сожалением вздохнула Титания.

– Вряд ли. Но при необходимости…

– При необходимости мы уведем за стены крепости все население. – Титания явно была уверена, что все даки подчиняться.

– Это опасно. Колодец рассчитан на определенное количество людей. Склады для припасов – тоже. – Каструм строился с расчетом на легион, а никак не на население целого города.

– Я не думаю, что нам придется выдержать в каструме долгую осаду. Нам всего лишь нужно показать готам, что нас так просто не взять. Спанторих отправится искать более легкую добычу, – объяснила она.

– Я понимаю, – согласился Лар Элий. План Титании не был лишен недостатков, но он казался разумным и выполнимым.

– По последним сведениям, основная масса готов двинулась севернее. Пока, – сообщила Титания. Лар Элий знал об этом, его разведчики не зря ели хлеб.

– Надеюсь, в наш захолустный уголок, спрятанный за горами, никто особо и не соберется.

– Если мы сможем дать отпор Спанториху. Он–то точно сунется. Его люди достаточно узнали в Патависсе. И особенно их заинтересовали рассказы о долине в горах, полной золота. – Последние слова Титания намеренно выделила.

– Титания, девочка…

– Почтенный Лар Элий Север, – отчеканила Титания, положив руку на рукоять меча. – Я не девочка.

– И мне теперь придется смыть оскорбление кровью? – Лар улыбнулся столь открыто и искренне, что Титания едва смогла совладать с внезапно забившимся сердцем.

– Я не стану так рисковать. Твое расположение для Патависсы гораздо важнее, чем моя гордость. Я переживу. – Смирения, однако, в ее голосе не ощущалось.

Лар Элий остановился и внимательно осмотрел девушку с головы до ног.

– Я помню, что ты всегда много времени уделяла тренировкам в воинском искусстве.

– Удивительно, что постоянно занятый серьезными делами префект лагеря обращал внимание на ребенка, бегающего по двору. – Она постаралась, чтобы это прозвучало нейтрально, но все же не смогла скрыть легкого разочарования.

– Я все замечаю, – пожал плечами Лар Элий. – Так уж я устроен.

– Да, я много занималась и занимаюсь. Я – дочь вождя, – напомнила она.

– Ты левша. – Это было утверждение, а не вопрос. Перевязь с мечом Титания носила через левое плечо.

– Я одинаково владею обеими руками, но, да, ты прав, я – левша. – Титания положила руку на рукоять меча.

– Давно мне не приходилось встречать левшу в бою.

– Разве среди легионеров нет тех, кто предпочитает левую руку? – удивилась Титания. У даков считалось преимуществом уметь держать оружие в левой руке.

– Нет. В строю все должны действовать, как один человек. Так что левша в строю не нужен, – объяснил Лар Элий.

– В таком случае я погорячилась, когда сказала, что не смогу заставить тебя заплатить кровью. – Улыбка Титании была одновременно чувственной и хищной.

Она снова взялась за рукоять меча.

– Не думаю, что это хорошая мысль. – Лар Элий был вооружен лишь длинным тяжелым ножом, это скорее инструмент, а не оружие. – Кто–нибудь может пострадать.

– Уверена, что от небольшой разминки никто не пострадает. Мы же не новички.

Лар Элий на мгновение прикрыл глаза. Титания явно поддразнивала его, но отступать была не намерена. Это было… волнующе. Ни разу в жизни он не вступал в схватку, даже тренировочную, с женщиной. Пусть Титания была крепкой и высокой, пусть она с детства обучалась воинскому искусству – это ничего не значит. Он, римский легионер, за время службы участвовал в таком множестве реальных сражений, что по большей части даже тренироваться было некогда. Разве что будучи новобранцем, в первое время после вступления в легион. Да, он–то точно не новичок. Интересно, разумнее будет проиграть или выиграть этот бой?