Дуська, судя по ее вполне женскому, несмотря на весь феминизм, поведению выбрала себе Сашу. Она кокетничала, смеялась, ненароком прикасалась к нему – в общем, вела себя как обыкновенная женщина, настоящая блондинка.

Эти Дуськины превращения всегда удивляли Леночку до глубины души. Она действительно была совершенно разной – едина в ста лицах. Могла быть резкой и прямолинейной, как мужик, могла быть хитрой и ласковой, как ребенок, могла быть мудрой и доброй, как бабулька, мягкой и таинственной, как настоящая женщина, суровой и справедливой, как пожилой горец, – и так далее, и тому подобное.

Дуська была всякой. И всегда при этом оставалась той же самой Дуськой. Леночка – имей она столько ипостасей – несомненно запуталась бы во всех них. А Дуська ничего, умело жонглировала ими в своих интересах. Леночка сидела и любовалась ею.

В роли блондинки Дуська была великолепна. Она ахала и охала, постоянно смеялась, закатывала глазки, слушала своего кавалера, разинув рот, качала ногой, едва не роняя Леночкину тапочку с помпончиком на самых пальчиках своей изящной ножки...

Сашу, видимо, это вполне устраивало. Он тоже уделял Дуське внимание, подливал коньяк и подкладывал закуски, что-то временами нашептывал на ухо и постоянно говорил ей комплименты.

Таким образом, хоть и за общим столом, Леночка была фактически оставлена наедине с Пашей. Паша, по-своему оценив ситуацию, пустился в длинный рассказ о динамике цен на недвижимость. В какой-то момент он придвинулся к ней совсем близко. От него пахнуло дорогим парфюмом...

Леночке кокетничать совершенно не хотелось. Стоило ей выпить, как все ее страдания по поводу Коленьки конденсировались, если выражаться Катькиным химическим языком. Все было не то и не так. Ей вдруг ужасно захотелось, чтобы все вернулось. Чтобы они сидели вчетвером, но эти четверо были: она и Коленька, Катька и Феденька. И у всех у них все было бы хорошо.

Чтобы ее любил Коленька, она любила Коленьку. Катька любила Феденьку, и Феденька любил Катьку. Как в самом начале, когда сказка только начиналась. И не было бы между ними никаких размолвок. Никаких ссор, непонимания, скандалов. Все было бы легко и просто. Ведь счастье было так близко! Они сами, сами все испортили!

Стоило Леночке задуматься на эту тему, как слезы сами собой навернулись на глаза. Она испугалась своих чувств: еще не хватало разреветься перед совершенно незнакомыми людьми! Леночка попыталась взять себя в руки.

«Все! – сказала она мысленно самой себе, – Хватит. Я бросила Коленьку. У нас не было никакого будущего. Это не мой принц, герой не моего романа, не мужчина моей мечты». Как просто не травить себя – просто не думать об этом. Не думать о Коленьке, о них четверых, как все могло быть хорошо. И Леночка честно пыталась не думать. Но выходило, что при этом ей противопоказано было пить. Потому что с первой же стопкой все, что она старательно прятала в глубине своей бездонной и ранимой души, тут же полезло из нее наружу. Полезло глупыми пьяными слезами.... Бр-р!

Принесенный гостями коньяк кончился. Все как-то сразу расстроились, а Леночка вдруг вспомнила про коленькино «Хенесси»... Крадучись она пробралась в комнату, где был бар... Сделала пару магических пассов руками... Открыла дверцы....

Коленька забыл свои алкогольные запасы!

Компания восприняла триумфальное возвращение Леночки на кухню с двумя бутылками громкими аплодисментами. Дуська шептала ей в ухо:

– Расслабься. Сколько можно страдать? Мужиков вокруг полно! Забудь про Коленьку, про Феденьку... Все двери распахнуты перед тобой – входи! Да здравствует стремление порыгивать!

Дуська с Сашей ушли.

Леночка посмотрела на Пашу. Ей хотелось плакать.

Паша, потоптавшись немного, тоже стал собираться. Леночка смотрела, как он надевает плащ, лакированные туфли, подхватывает портфель. Все это прокручивалось перед ее глазами, как замедленная съемка. Хотелось ли ей его удерживать? Нет. И было не за чем. Как говорит Дуська, если у тебя что-то забрали – это не твое, если твое – оно обязательно вернется.

Но Коленька не вернется. Потому что он – не ее.

Но если он – не ее, тогда о чем сожалеть?

Новую жизнь обычно начинают с понедельника, но Леночка решила не откладывать. Прямо в четверг она решительно восстановила свой абонемент в фитнес-клубе, записалась в солярий, к косметологу, на антицеллюлитный массаж, а также в бассейн и на талассо-терапию. Что такое талассо-терапия, Леночка не вполне представляла, но пройти ее нужно было непременно: так подсказывала интуиция.