Хозяином объекта «Фокстрот» оказался невысокий, кривоногий и крепко сбитый капитан по фамилии Ливерн. Он носил усы, порыжевшие от табачного красителя, поминутно хлопал себя по ляжкам и задавал один и тот же вопрос:

— Ну как там вообще — воюете?

— Воюем, сэр, — в который раз отвечал Джек, угощаясь каким-то всученным ему шербетом.

— Вот и мы воюем, так их разэдак. Я здесь четвертый год безвылазно, представляешь?

— Нет, сэр.

— Отпускных накопилась тонна денег, а потратить их негде. Все время служба, так их разэдак.

— А что вы делаете, сэр? — спросил Джек. Он предполагал, что «Фокстрот» — обычный опорный пункт, который немного стреляет, немного обороняется, принимает резервы и отправляет раненых.

— Мы херачим по площадям, парень, — сказал капитан.

— По каким площадям, сэр? — не понял Джек, оторвавшись от шербета.

— А мы о них ничего не знаем. Нам приходит приказ и колонка цифр с координатами, мы закладываем их в расчеты и херачим…

— Так вы артиллеристы?

— Сначала я тоже так думал, но все же это какой-то особый род войск.

— Значит… — начал было Джек, но громовые раскаты, ударившие где-то совсем рядом, заставили его резко присесть и закрыть голову руками, в то время как капитан Ливерн и ухом не повел, с интересом поглядывая на Джека.

— Непривычный ты.

— Что? — спросил Джек, помедлив, и даже сам не услышал собственного голоса.

— Что?!! — повторил он громче и распрямился, посматривая в небо, где понимались облака черной копоти.

— Я говорю — непривычный ты к нашей работе! Глохнешь вон! А наши ребята даже после «Брюкнера» слуха не теряют!

— После «Брюкнера»? — переспросил Джек и потряс головой.

— Да, приятель. А ведь это только «Черепаха» была…

— «Черепаха»?

— У нас здесь две батареи. Четыре орудия по пятьсот миллиметров — это «Чепепаха», и три лонгольдиера по семьсот миллиметров. Это «Брюкнер».

— Семьсот, сэр? Вы не ошиблись? — не поверил Джек.

— Нет, парень, не ошибся, — ответил капитан и вздохнул.

— Но ведь с такими калибрами вы можете всю долину под контроль взять! Или я не прав?

— Или ты не прав. Наш диапазон от шестидесяти пяти километров до ста двадцати пяти. В этом диапазоне мы уверенно накрываем любые площади, но за его пределами не можем побеспокоить даже маленькой мышки.

— Но… если поднять угол, можно ударить и ближе, нет?

— На больший угол стволы наших пушек не поднимаются. Должно быть, когда их делали, в этом не было необходимости.

— А откуда они взялись? Я ни разу не слышал о таком огромном калибре!

— Кстати, о калибре… — произнес капитан и посмотрел на свои наручные часы. — Через двадцать секунд залп «Брюкнера», так что ты присядь заранее и заткни уши.

— Спасибо, сэр! — воскликнул Джек и, привалившись к стене, как можно крепче зажал ладонями уши.

В этот раз он не услышал никакого звука, но ему показалось, что кто-то крепко хлопнул его по спине и животу одновременно.

— Ну что, уцелел? — усмехнулся капитан, когда Джек отнял от ушей руки и закашлялся.

— Как вы это переносите, сэр?

— Привычка, парень. Первый месяц у нас все в наушниках ходили и в специальных дифракционных костюмах, но теперь все в порядке.

— Как же сюда эти пушки тащили? На чем?

— Их сюда не тащили, они тут были. Ты не поверишь, но много лет назад здесь уже была большая война, от которой и остались эти орудия. Сейчас таких не делают. А еще под этими песками спрятан огромный арсенал, нам его за двадцать лет не расстрелять.

— А что же тогда вам в грузовиках привезли?

— Это мы бытовуху заказывали. Игровые приставки, новые фильмы, журналы и театральные пьесы.

— Какие пьесы? — не понял Джек. Ему показалось, что он ослышался.

— Театральные.

— Так у вас тут театр?

— Да, театр. Настоящий полковой театр, и люди в нем — актеры. Если бы не сцена, приятель, здесь бы все давно свихнулись от этой бестолковой стрельбы по площадям… Кстати…

Капитан снова взглянул на часы.

— У тебя семь секунд…

Джек снова прижался к стене, зажмурился и закрыл уши ладонями. Его опять приложило по спине, но не так сильно, как в прошлый раз.

— «Черепаха»? — спросил он, встряхнув головой.

— Молодец! — улыбнулся капитан. — Оставайся с нами, из тебя выйдет отличный второй полицейский из «Зеленой долины». Правда, эта роль без слов, но там много мимического присутствия.