Спустя пару секунд кучер привел лошадей.

— Джеймс вырос в Лаймхаусе, — сообщил он, — и сможет договориться с местными жителями. Я отправил его вперед.

— Молодец.

— Ваша светлость! — в ужасе воскликнул Маффет.

Но герцог уже решительно обрезал упряжь, чтобы превратить ее в поводья, и легко запрыгнул на спину Птолемея.

— Мне необходимо встретиться с герцогиней! — крикнул он. — Не отставай!

Элайджа направил Птолемея подальше от баррикады, чтобы оставить место для разгона, и снова почувствовал себя мальчишкой: когда-то они с Вильерсом вот так, без седел, часами скакали по полям и перелескам, не пропуская ни одного препятствия, а преодолев очередной барьер, возвращались и прыгали снова.

Птолемей привык работать в упряжи, а не возить всадников, тем более без седла, на голой спине. Он яростно вздыбился, пытаясь сбросить назойливый груз. Элайджа крепко зажал поводья в правой руке, а левой начал гладить коня, пытаясь успокоить. Как только расстояние показалось достаточным, он снова примерился к возвышавшейся посреди улицы, освещенной заревом костров баррикаде.

Птолемей попытался проявить норов, однако Элайджа быстро его угомонил.

— Тихо, — прошептал он. — Не волнуйся, все будет хорошо.

Он отпустил поводья, и Птолемей рванулся вперед, послушно устремившись к заграждению. Элайджа прикинул расстояние, не забыв учесть обманчивый мерцающий свет костров, выбрал точку и резко сдавил каблуками крутые бока.

Птолемей понял команду и мощно прыгнул, подняв хозяина в темное вечернее небо. На мгновение герцогу показалось, что гора мебели несется прямо на него. В опасной близости сверкнул острый медный наконечник: еще немного, и конь пропорол бы брюхо. Но вот гора осталась за спиной, в ушах засвистел ветер, и копыта стукнули о твердую землю. Победа! Препятствие преодолено!

Джеймс уже стоял наготове и сразу принял поводья, чтобы отвести Птолемея в сторону и освободить дорогу Галилею.

— Береги его, — не столько приказал, сколько попросил хозяин.

— Не волнуйтесь, ваша светлость, — успокоил слуга. — Здесь недалеко есть хорошая конюшня; всего две улицы проехать.

— А разве они не перекрыли площадь?

— Нет, сэр. Собираются окружить весь квартал с восемью тысячами жителей. Лаймхаус не любит чужаков, это всем известно. Зато каждый из обитателей чувствует себя в безопасности. Смотрите, вот и караульные.

Действительно, служители порядка грели руки возле костра.

— Нужно как можно быстрее попасть к Темзе, — заторопился герцог, едва Маффет перепрыгнул баррикаду. Сильный жеребец легко перемахнул через нагромождение хлама. — А я понятия не имею, где мы находимся.

Джеймс задумчиво почесал затылок.

— Придется лезть через баррикаду на Брэмбл-стрит, — решил он. — Пожалуй, отдам лошадей Маффету, ваша светлость, и провожу вас. Так будет надежнее.

— Стоит ли беспокоиться?

— Одному вам не дойти, — покачал головой Джеймс. — Эти улицы совсем не похожи на те, к которым вы привыкли. Настоящий лабиринт; недалеко, но заблудиться ничего не стоит.

Баррикада на Брэмбл-стрит выглядела внушительнее первой. В очертаниях сложного, но упорядоченного сооружения просматривался инженерный замысел. Наверху стояли люди с длинными заостренными палками в руках.

— Что это, черт возьми? — не понял Элайджа.

— Копья, — лаконично пояснил Джеймс, пробираясь сквозь плотную толпу.

— Копья? Копья?!

— У некоторых есть и ружья, но в темноте копья служат надежнее. Впрочем, все равно на Лаймхаус уже двадцать лет никто не нападал: надо быть полным идиотом, чтобы сюда лезть. Мятежники обычно доходят до баррикад и сворачивают в соседние улицы. Защитники даже перестраиваются и специально удлиняют заслон, чтобы поймать какого-нибудь безумца.

— И как же мы пройдем?

В пляшущем свете костров герцог заметил, как хитро улыбнулся Джеймс.

— Сейчас увидите, — успокоил он.

Лишь приблизившись к баррикаде вплотную, Элайджа понял, что в основании сооружения оставлен небольшой проход, через который течет нескончаемый человеческий ручеек.

— Эту дыру закроют в последний момент, — пояснил всезнающий слуга и неожиданно закричал: — Посторонись! Дорогу герцогу!

Элайджа вздохнул. Нелепо расхаживать в толпе в парчовом камзоле, парике и башмаках на высоких каблуках, но ничего не поделаешь: титул обязывает.

— Быстрее, — поторопил Джеймс и нетерпеливо подтолкнул господина к проходу. — Говорят, скоро начнется.