Он, напротив, держался мирно. Казалось, моя проделка его лишь позабавила. Остался сидеть в джипе с горделивым видом, глядел на меня сверху вниз. На его губах играла легкая усмешка.

— Что вы мне сказали, доктор? Я не совсем расслышал.

— Откуда вы знаете, кто я?

— Видел вас там и сям. Белых тут не слишком много. Навел справки.

Я поднял на него глаза, но, не выдержав его взгляда, уставился куда-то мимо. Казалось, я перенесся в прошлое, на приграничную военную базу, затерянную в буше. Меня переполнял непреодолимый страх перед ним, словно не было всех прошедших лет. Он немного постарел, немного обрюзг, его суровый, четкий силуэт слегка расплылся. Но на меня наводило ужас не его лицо, а что-то, сокрытое в его душе. Вся его личность представляла собой крохотное, плотное ядро. Такое происходит с людьми, которые посвящают себя некоей всепоглощающей идее. Это может украшать человека — например, в случае монахов. Но его это изуродовало.

Я сказал:

— Вы ищете Бригадного Генерала.

— Бригадного Генерала?

— Ну-ну, вы же знаете, о ком я говорю.

Он с озадаченным видом покачал головой:

— Если вы про черного, который раньше здесь всем заправлял…

— Да, я говорю о нем.

— Доктор, его давно и след простыл. Зачем мне его искать?

— Мне казалось, вас направили сюда, чтобы поставить заслон на границе. Мне казалось, вы пытаетесь ловить нарушителей.

— Возможно.

— Что ж, Бригадный Генерал — именно тот, кто вам нужен. Он главный. Тайно переправляет через границу все, что угодно. Слоновую кость, наркотики, людей. Тут каждый об этом знает. И вот что я вам еще скажу: это его люди дважды поработали здесь в городе. В супермаркете и в автосервисе. И я знаю, где они скрываются.

В тот вечер я немало выпил, и потому теперь, когда я наконец-то разговорился, словесный поток лился неудержимо. Но на лице Моллера не дрогнул ни один мускул. Его немигающие синие глаза таращились на меня с прежней проницательной настороженностью.

— Кто вам это сказал, доктор?

— Спросите любого — все знают.

Он самодовольно ухмыльнулся:

— И вы думаете, что я его найду на старой военной базе.

— Да.

— Вы его там видели, доктор?

— Нет, не видел. Но я знаю: он там.

— Откуда же вы знаете?

— Я не могу этого объяснить, господин комендант. Но я знаю.

— Господин полковник, — вполголоса поправил он меня.

Осознав, что сболтнул лишнее, я смутился. Было ясно: мое сообщение его не заинтересовало. Он поехал вслед за мной из любопытства, но теперь пришел к выводу: я всего лишь псих и мои слова не стоит брать в расчет.

Я сказал:

— Вы туда съездите?

— Может быть.

— И еще одна вещь…

— Ja?

— Возможно, там находится женщина. С ними. Пожалуйста, не причиняйте ей вреда. Она совершенно ни при чем.

— Женщина?

— Она с мужчиной, который ездит на белом автомобиле.

Неотрывно глядя на меня, он кивнул, но даже сквозь непробиваемый лед его глаз чувствовалось презрение. Он раскаивался, что покинул теплый бар ради безумного разговора на автостоянке.

Он повернул ключ зажигания. Я схватил его за руку:

— Все так и есть. Езжайте — увидите сами.

— Бригадный Генерал мертв. Нет тут никаких бригадных, кроме меня, — через несколько лет, доктор, я стану Генералом.

— Он не умер! — вскрикнул я и придвинулся к нему.

Мной руководила сила, заключенная в моих тайнах. Еще немного, и я вывалил бы на него все, что знал. Но внезапно его рука выскользнула из моих пальцев, он нажал на газ, и джип умчался прочь. Наглотавшись сухой пыли, я замер посреди стоянки. Провожал взглядом габаритные огни, пока они не растворились в сумраке.

Возможно, он прав. Я так взбудоражен, что уже ни в чем не могу быть уверен — даже в том, что вчера я действительно побывал на базе. Наверно, мне подсознательно хочется населить базу призраками. Наверно, мне необходимо верить в Бригадного Генерала, в человека, к чьей груди пришпилено его прошлое, тихо позвякивающее при каждом движении. В Бригадного Генерала, который по ночам ухаживает за своими цветами. В Бригадного Генерала, который пустит мои кости на удобрение для этих цветов.

Техого объявился на следующий день. Случилось это без меня. Под вечер я отправился в деревню около исчезнувшей хибарки — справиться, нет ли известий о Марии. Но никто ничего не знал. Расстроенный, я не сразу поехал назад, а прокатился до самого эскарпа. В больницу я вернулся вечером, уже в темноте. Главный корпус сиял всеми огнями. В окнах мелькали силуэты людей.

Я поспешил внутрь. Ординаторская была пуста. Из соседнего помещения — операционной — слышался гомон. Я ринулся туда. Мне навстречу в коридор высыпали все: доктор Нгема, Сантандеры, Лоуренс.