Шрифт:
– Ну, не знаю… Леонид выглядел таким раздавленным! И об этом своем открытии он как раз как-то не очень сожалел. Ему больше было жаль Светлану.
– Правильно! Сначала пытался ее убить, потом осознал и горько раскаялся. Отсюда и его слезы, и общее взвинченное состояние, и… И вспомни, как вела себя с ним Светлана?
– Как? По-хамски, точно так же, как с нами и со следователем.
– Нет, я заметила ее взгляд, который она кинула на Леонида. Там было такое… такое… Одним словом, я лично подозреваю в нападении Собакевича!
Леся возражать Кире не стала. Хотя лично ей ученый казался скорее жертвой обстоятельств, нежели жестоким убийцей. Но, с другой стороны, кто знает, что делается у человека в душе? Вполне возможно, что мягкий и обходительный снаружи Собакевич становится настоящим бультерьером, когда дело касается его драгоценной науки. Возможно, он прощал Светлане и предательство его интересам, и измену, но не сумел простить кражи его изобретения.
– Кстати, еще один момент касательно Собакевича мне показался странным, – продолжала Кира.
– Какой?
– Он ни разу не обмолвился о том, где именно они работали со Светланой.
– Да, я тоже заметила! И над чем работал, тоже не сказал. Молчал, словно воды в рот набрал! Мы его спрашиваем, как называлась организация, где вы работали со Светланой, – а он молчит!
– Делает вид, будто бы не слышит!
И подруги переглянулись между собой. Итак, поведение Собакевича вызвало у них ряд вопросов. А расследование – такая вещь, что ни один вопрос не должен остаться без ответа. Если это произойдет, то расследование может пойти совсем не по тому пути, по какому нужно. И завести сыщиков в такие дебри, откуда потом и не выберешься ни в жизнь!
И поэтому девушки решили, что без посторонней помощи им точно не обойтись. И позвонили Таракану.
Тот был дома. И, услышав, по какому вопросу звонят ему подруги, тут же велел им подъехать к нему.
– Порылся я тут у себя по сусекам, поскреб по закромам и наскреб для вас немножко информации, – сказал бравый отставник. – Так что приезжайте, жду. Да и Наталья Сергеевна с утра тесто на пироги поставила, напекла и нажарила столько, что нам с ребятами из охраны вовек не съесть. Приезжайте, поможете нам немножко.
Стоило старику сказать про домашние пирожки, как подруги моментально почувствовали, как рот у них наполняется слюной. Еще бы, сегодня они еще ничего толком не ели. Нельзя же считать чашку ароматного чая у Собакевича полноценной едой. Да и конфеты, какими бы вкусными они ни оказались, никогда не заменят домашних пирожков с пылу с жару.
Повеселев, подруги двинулись в обратный путь. Что бы ни ждало их в дальнейшем, сегодня судьба решила, что на чай с пирожками они точно заработали. А раз так, то дело за малым. Поехать и съесть как можно больше тающей во рту сдобы, кулебяк и ватрушек, которые у Таракановской домашней хозяйки получались особенно сочными, пышными и ароматными.
Подруги позвонили и Лисице.
– Поедешь с нами на пирожки?
Но, к их удивлению, любитель вкусно и много покушать на сей раз даже слышать про пирожки не захотел.
– Ни в коем случае! – воскликнул Лисица, словно подруги предлагали ему яд. – Ни за что!
– Но почему? Ты же всегда любил пирожки?
– Любил, – не стал спорить Лисица. – Но после того пирожка со снулой сосиской… Глядеть на них больше не могу!
– С какой еще снулой сосиской?
– Не ваше дело! – разозлился Лисица. – Спасибо за приглашение, но пирогов я больше не ем!
И он прервал связь, больше ничего не пожелав объяснить подругам. И что было им думать? Видимо, Лисица отравился некачественной выпечкой и поэтому был вынужден поехать сегодня к врачу. А снулая сосиска… Наверное, приятель имел в виду, что сосиска была не первой свежести. И именно ею он и отравился.
Глава 8
Таракан уже ждал их. Об этом свидетельствовал и накрытый стол, и теплые пирожки, которых было превеликое изобилие.
– Кушайте, детоньки, – потчевала подруг добродушная толстуха – Наталья Сергеевна. – Вот эти с рыбкой и яичком. Эти – с мясом и грибами. Эти сдобные – сладкие. А вон там ватрушка. Но ее мы оставим к чаю. А сейчас, с супчиком, я вам вот этих положу, попробуйте и скажите, как они вам?
Девушки попробовали и чуть языки не проглотили. Тесто было нежным и с румяной корочкой. А начинка… Нет, это было невозможно описать словами, до чего хороша была начинка!
– Это что такое? – спросила Кира с набитым ртом.
– Это начинка для рассольника.
– Что?
– Рис тут, соленые огурцы, жареный лук, морковочки чуть-чуть. Ну, и мяска вареного, естественно, добавлено. Мы же не венегретцы какие-нибудь, чтобы без мяса жить!
– Кто?! – поперхнулась Кира.
– Венегретцы, – простодушно пояснила домработница. – Ну, это которые мяса ни в жизнь не едят. А я слышала, что некоторые даже и яичек с молочком не приемлют!