Вдобавок он, чтобы уж точно попасть на доску «Наши отличники», решил устроить диверсию на центральном проспекте и кинул коробку со «взрывчаткой» под грузовик. Он тогда ещё не знал (это проходят в старших классах), что торт на дороге страшнее динамита! Автомобили своими колесами разнесли крем по окрестным улицам, и в городе началось столпотворение хуже, чем при гололёде. Пешеходы стали шлёпаться. Ни один шофёр, сколько ни крутил баранку, не мог свернуть куда надо: машина всё равно скользила прямо. В конце концов весь транспорт, попавший в зону бедствия, нагромоздился в кучу на площади.

Скандал получился грандиозный! Ученика вызывали к директору, директора к министру, министра к президенту. Будущий офицер не может жить с запятнанной честью, поэтому мальчишка на уроке артиллерии пытался застрелиться из рогатки. Его хотели отчислить во вспомогательную школу, но при проверке способностей обнаружили какой-то талант — не то к стихам, не то к математике. Ученик на занятиях был невнимателен оттого, что мыслями витал в заоблачных сферах. Всё же его куда-то перевели, теперь он, наверно, рассеянный профессор или рассеянный поэт.

После того случая ни для кого уже не является секретом существование на кондитерских фабриках цехов по выпуску противотанковых тортов (больших, сплошь из крема).

Тикавший будильник ни с того ни с сего ещё и зазвонил! Да так оглушительно, что ему отозвалось стекло в шкафу Петунии Самойловны. Шпион даже вздрогнул.

Вот ведь какая напряжённая жизнь, нервы совсем расшатались! Этак, глядишь, скоро придётся подыскать работу поспокойнее, перейти в учителя или в лётчики-испытатели. Где это видано, чтобы вздрагивать от будильника?

Э, а почему он звонит? Он ведь сломан. И почему тикает?

Витя поднялся и стал обходить стол, чтобы заглянуть в свёрток.

Это его спасло. Прогремел мощный взрыв! Стенку стола проломило, и стул, на котором только что сидел Витя, швырнуло об стену и разметало на кусочки. С треском захлопнулась форточка. Синий дым дунул в стол Петунии Самойловны, тот отпрыгнул, как живой. Он ударил по шкафу, из которого посыпались стёкла. Вслед за ними стали падать папки с бумагами, от каждой поднималось облако пыли.

Шпиона защитила от взрывной волны тумба стола. Но всё же и Витю, видимо, задело. В дыму и пыли по кабинету разлетелись красные брызги. Чья ещё это могла быть кровь, как не Витина?

Он, правда, не ощутил боли. Но так бывает при очень тяжёлых травмах: боль задерживается, а то, если нахлынет сразу, человек не выдержит и умрёт. Похоже, ранение смертельное…

Дальнейшие полчаса он запомнил отрывочно и смутно.

На грохот взрыва прибежала вахтёрша в телогрейке, всплеснула ватными рукавами и опрометью кинулась обратно к своему телефону набирать 02.

По коридору приблизились стук и скрип. Появился рослый плечистый полдицейский. Стучали каблуками и скрипели кожей его новые ботинки. Мундир обтягивал его так туго, что трещал при каждом движении. Шпион заопасался: все нитки в швах лопнут, мундир разлезется, оставив представителя власти в одной фуражке и в ботинках со скрипом.

Остановившись у порога, полицейский устремил взгляд на Витю и моргнул. Перескочил взглядом на обломки стула и снова моргнул. Поворачивая голову, он повторил то же самое ещё и ещё раз, будто произвёл несколько моментальных фотоснимков.

Шпион чихнул от пыли. Часть разбросанных по полу красных пятнышек разлетелась от чиха. Это были клочки папки…

Краем глаза Витя заметил кого-то в белом халате. Он резко обернулся — «медсестра»?! Нет, врач с чемоданчиком. Вахтёрша с перепугу вызвала «Скорую помощь». Два дюжих санитара принялись валить Витю на носилки.

Он еле отбился. Тогда врач велел Вите показать язык. Витин язык ему понравился. Чтобы посещение не пропало зря, врач сделал шпиону прививку. Санитары в коридоре уже держали вахтёршу, он уколол и её.

А она, как оказалось, позвонила и по 01. В окно кабинета поднялись блестящая каска и блестящий наконечник шланга. Сквозь стекло донёсся хриплый, как спросонья, голос:

— Пожар тута?

Однако спрашивавший сразу исчез. К нему приближался врач со шприцем. Пожарные вскочили на свой красный автомобиль и уехали, не успев смотать шланг, он поволочился за ними по дороге.

Водитель стоявшей у подъезда полицейской машины, завидев шприц, тоже ударил по газам и умчался в противоположном направлении.