Лежащий не отреагировал, и детектив сгреб в кулак ворот его куртки. Рывком поднял на ноги и ударил снова.

На этот раз пленник рухнул на колени и его сотрясли приступы неудержимой рвоты.

Забившийся в угол кабинета Марио закудахтал, видя, как гибнет его имущество, но но моментально замолк, наткнувшись на взгляд вампира.

Итак, давайте начнем беседу, – обратился Кинби к присутствующим, дождавшись, когда стихнут звуки рвоты и парень немного отдышится.

– Все очень просто. Я задаю несколько весьма несложных вопросов, получаю на них правдивые ответы и ухожу. Это тот вариант, который мне очень нравится.

– Вариант второй – я не сразу получаю ответы на свои несложные вопросы и начинаю вас пытать. Получаю ответы и ухожу.

– Но позвольте! Кинби, уважаемый! Я понятия не имею, что натворил этот придурок! – все же решился подать голос Марио, побледневший при упоминании о пытках.

– Не позволю! – рявкнул Кинби. – Они приехали на твоей машине! Твой храт не хотел меня пускать! Значит, ты замазан!

Итак, первый вопрос, – Кинби шагнул к парню, стоявшему на коленях, согнувшись в три погибели, посреди темного воняющего пятна:

– Кто меня заказал?

Парень покачал головой и промолчал. Схватив его ладонь, Кинби одним движением сломал и, резко потянув в сторону, оторвал мизинец. Дико заорав, парень задергался, пытаясь вырваться. Ухватившись за безымянный палец, Кинби, не повышая голоса, повторил вопрос.

Плача и завывая, неудачливый убийца выдавил:

– Морган! Морган Белоглазый!

Умница. Вот видишь, все просто, – потрепал Кинби парня по щеке. Но руку не выпустил.

– Вопрос второй. Кто приказал стрелять в лейтенанта Марино? – и детектив поплотнее обхватил безымянный палец пленника.

В ушах у Кинби уже слегка звенело от запаха свежей крови, хлещущей из оторванного пальца. Звуки, цвета, запахи… Все вокруг стало невыносимо ярким и громким. Кричал запах крови, переливался жемчужной белизной осколок кости в оправе из ошметков кожи, страхом и подлостью воняли звуки, исторгаемые стоящим на коленях существом.

– Морган! Он! Он заказал, чтобы в тебя, но когда легавая рядом будет. Чтоб если подфартит, то и сучку тоже.

Задумчиво посмотрев на «лисьего», Кинби отпустил его ладонь и парень свернулся калачиком на ковре, плача и баюкая искалеченную руку.

– Так. Еще один вопрос. – толкнул детектив носком ботинка тело, свернувшееся на ковре в позе зародыша. – Ты и приятель твой, откуда?

– Из Залива. Нас Морган оттуда выписал – простонал парень.

– Угу. Чудненько. Я так и думал, что не местные. – кивнул Кинби и опустился перед «лисьим» на корточки.

– Знаешь что? – прошептал он почти ласково, глядя в полные страха и надежды глаза. – Ты честно ответил на мои вопросы. Это хорошо. Но ты стрелял в лейтенанта Марино. И ты посмел назвать ее сукой.

Глаза Кинби превратились в два колодца абсолютной пустоты и парень понял, что сейчас умрет.

Он открыл рот, пытаясь закричать, неловко забил ногами, пробуя отползти. Он очень хотел, чтобы кончился кошмар и снова вернулась привычная жизнь, в которой он был крутым и должен был жить вечно, но Кинби оборвал эти попытки, вырвав неудавшемуся киллеру кадык.

Дождавшись, когда умирающий перестал клекотать и дрыгать ногами, Кинби перевел взгляд на торговца машинами. Забормотав невнятное, тот попытался закрыться руками, надеясь слиться со стеной. Толстяк так и не понял, как это получилось – вот Кинби стоит над трупом в центре комнаты и смотрит на расползающееся бурое пятно, и вот он уже стоит рядом и поднимает его – толстяка Марио за шиворот дорогого пиджака, словно новорожденного щенка.

Кинби пронес торговца из угла, в котором тот прятался, к огромному письменному столу, слушая, как с хрустом и треском расползается ткань пиджака под весом его хозяина, и швырнул в исполненное на заказ кресло, позволявшее увесистому Марио чувствовать себя комфортно.

Обошел стол и со вздохом опустился в гостевое кресло – тоже удобное, конечно, но существенно поменьше и поскромнее.

Задумчиво поерзал, устраиваясь поудобнее, затем махнул рукой, откинулся на спинку и водрузил ноги в тяжелых, запачканных кровью, ботинках на полированную столешницу.

– Итак, уважаемый господин Марио, – светски произнес Кинби, – объясните мне, пожалуйста, как вас угораздило связаться с этим отребьем.

И пожалуйста, – голос вампира стал чуть жестче, – убедительно объясните, почему я не должен вас убить.

Тяжело дыша, Марио нагнулся и зашарил в ящиках стола. Добыл из недр плоскую бутылку, отвернул пробку и надолго присосался к горлышку.

Со стуком опустил бутылку на стол и выдохнул:

– Верите, меня просто попросили дать тому, кто придет от Моргана, тачку. Любую, какую тот захочет. Сам Морган и попросил. Вот, верите?