Там, внизу, люди еще не знали, кто хочет незваным гостем постучаться в восточные городские ворота. Они спокойно занимались своими делами. Похоже, что слухи, распускаемые «слишком ретивыми» наемниками, пока что казались горожанам пустыми словами, не стоящими внимания и не заслуживающими доверия. И правда, для большинства жителей это был всего лишь еще один слух, распускаемый в «Городе Слухов».

– Ладно. Что там еще?

– Население города… вооружим, конечно, – почесал длинную седую бороду Митар Рихт, глава гильдии оружейников Дайкана.

Его дородную фигуру обтягивал дорогой зеленый камзол, расшитый серебром – Рихт был довольно зажиточным обывателем Дайкана, и, к счастью графа Уолтера, главный оружейник не отличался скупостью, иначе пришлось бы мирным дайканцам драться с орками домашней утварью. Впрочем, свое Митар все равно возьмет, когда придет время – вытрясет из графской казны все ссуженное до последнего тенрия, но сейчас сэр Уолтер был ему благодарен за помощь.

– Может, реквизировать имущество наемных гильдий? Из тех, кто бежит из города? – внес «дельное» предложение бургомистр. Конфискация чьего-нибудь имущества была его излюбленным занятием.

– Нет уж, – резко ответил граф, – не хватало нам еще войны внутри стен в тот момент, когда орки на подходе.

– Но у нас еще есть время?

– Около полутора недель, полагаю, – призадумавшись, ответил сотник Яфар, – им предстоит захватить заставы, и до Дайкана дойти. Кроме того, нужно будет подготовиться к осаде, снять лагерь с берега Со-Лейл, перенести его ближе к городу… Словом, много чего им предстоит сделать.

– А подкрепление? – спросил сэр Уолтер у сэра Лимнира, на что старик-рыцарь ответил, что, как он полагает, сдерживать степных варваров придется лишь своими силами – Гортен тоже ведь под угрозой, как будто договорились орки с Деккером…

– Кстати, кто там зелеными верховодит?

– Понятия не имею, – сокрушенно ответил Яфар. – Должно быть, какой-нибудь «харизматичный» Верховный Вождь, но ни имени, ни примет его…

– Что ж, господа, вам все понятно? Город следует максимально укрепить, людей вооружить. Только смотрите, чтобы никто не сбежал из Дайкана, а то город отстаивать будем только мы с вами. – Граф налил себе вина из хрустального графина.

Сидящие за столом расхохотались, словно и не было орков, словно и не было смысла в словах графа. Но Дайкан ведь не Гортен, и местные жители особым патриотизмом не отличались.

Еще не рассвело, солнце должно было взойти на далеком востоке только через час-два. Луна пока что не ушла с черно-серого небосвода, отражаясь в тонкой кромке покрывшего каменистые склоны льда, ребристых шлемах воинов и хищно искривленных ятаганах, а окружающие скалы отбрасывали черные тени на обмерзлую землю долины. Морозный воздух пропитывал все вокруг, он резал горло, впиваясь в иссушенные щеки и проникая в рот, отчего язык просто деревенел, а выступающие клыки покрывались голубоватым инеем. Из ноздрей и оскаленных пастей вырывался густой белый пар, но руки и плечи под сталью лат и шкурами диких животных были мокрыми от пота. Легкие кожаные и тяжелые металлические сапоги вытаптывали снег, грозной поступью шагали по обмерзшим следам прошедших здесь ранее людей.

Наконец впереди показались наваленные нелепой грудой камни и стоящие на них защитники – орки настигли жалкие остатки людской армии. Воздух тут же наполнили яростные и кровожадные вопли сынов степей – каждому из воинов не терпелось тут же, не останавливаясь, вступить в бой. Атаманы, как могли, сдерживали своих подчиненных – кулаками или дубинами, порой проламывая тот или иной череп, наводили порядок. Их усилиями войско более-менее организованно спускалось в лежащую впереди широкую долину и выстраивалось для атаки. Впрочем, из всех построений зеленокожие вожди испокон веков признавали только одно – лавину, неудержимый и, в их понимании, идеально подходящий для беспощадной кровавой рубки боевой порядок, который ничего не понимающие в настоящей резне люди презрительно именовали «толпой». Как только большинство воинов оказалось построено внизу, над кипящей неукротимой яростью ордой разлетелся могучий боевой клич «Уарррррагш!» – орочий предводитель скомандовал начало атаки. Словно сорвавшийся с цепи горный тролль, орущая и потрясающая железом лавина пришла в движение – сражение началось.

Пригнув головы и выставив перед собой скалящиеся шипами щиты, орки стремительно бежали навстречу битве, и их вождь Угрришат Железный Сапог бежал вместе с ними. Под его тяжестью трещал лед, на поясе раскачивались черепа, звеня короткими цепями, которыми эти жуткие трофеи были прикованы к металлическим кольцам, вшитым в широкую полосу его кожаного ремня. Вражеские стрелы свистели где-то рядом, то и дело находя себе цель, – тогда убитых и раненых просто затаптывали, ведь гибель нескольких менее удачливых соплеменников не могла остановить лавину. Позади раздавался мерный бой барабанов и звучали протяжные крики шаманов, взывающих к Трем Великим. Безумие и ярость растекались по войску, словно горячий вар, вылитый из кипящего котла: чувствовалось, что колдуны стучат в свои бубны не зря.