– Клянусь, я тебя не брошу, если ты сам не убежишь.

– Тогда командуй.

Они вернулись к Таниной машине, она открыла багажник.

– Залезай, Данила. До дачи совсем рядом. Но я должна приехать туда одна. Охрана никого, кроме меня, видеть не должна. Понял?

– Чего уж тут не понять, – вздохнул парень. – Места, вижу, много, даже сумки не помешают.

– И еще, Данила. Я говорю – ты мгновенно делаешь, не философствуешь.

Парень тут же запрыгнул в багажник.

– А тебе блондинкой лучше.

Это были его последние слова, перед тем как багажник захлопнулся.

Они были уже в пути, когда у Тани зазвонил мобильный телефон. Она ответила.

– В бардачке лежит сотовый, – сказали ей. – В нужный вам момент наберете номер 40440, на противоположном конце поселка взорвется дом. То, о чем вы просили. Под водительским сиденьем лежит толстая кожаная папка с документами, которую вы взяли в банке. Вербин потребует ее в первую очередь. Отдайте.

– Вы думаете, я с ним чаи собираюсь распивать?

– Вам может понадобиться время для ориентировки. Мы не знаем, какая с ним будет охрана. Один он не приедет.

– Соображу.

Таня выключила свой телефон, чтобы ей больше не мешали. Теперь чужие мозги уже не помогут.

У ворот охранник отдал ей честь. Девушка приоткрыла окошко.

– Папа еще не приехал?

– Нет. Сегодня никто не приезжал. Будни.

Таня доехала до своего участка, вошла в калитку и нажала кнопку. Дачные ворота – скорее условность, чем защита. Открывались они наружу и, распахнувшись настежь, перегородили пол-улицы. На участке место было лишь для одной машины, остальное занимали газоны с цветами.

Закрыв ворота, Таня не стала запирать их на щеколду. Когда открыла багажник, Данила вздохнул с облегчением.

– Привет, я скучал без тебя. С какой скоростью ты неслась? Меня подбрасывало, как мячик. Нарушение скоростного режима… Тебя вычислят по номеру машины.

– Она ворованная.

– А что-нибудь настоящее есть?

– Ты и я. Если доживем до утра. Хватит вопросов. Бери камеру и пошли в дом.

Парень вылез из багажника, забрал свою камеру, Таня взяла сумку, и они направились к крыльцу.

– Ну а где же веселая компания, которую мы будем снимать? – спросил Данила.

– Они могут приехать в любой момент. Нам надо подготовиться к встрече. Помолчи немного, мне нужно подумать.

В гостиной первого этажа, где они провели свою первую незабываемую ночь у камина, Таня накрыла стол. Какие-то продукты она привезла с собой, что-то достала из холодильника.

– Стол на двоих. Значит, мы никого не ждем? – удивился Данила.

– Это не для нас. Мы будем пировать на втором этаже. Идем.

Таня провела гостя по комнатам, а потом вывела на веранду второго этажа, с которой хорошо просматривалась вся улица за воротами.

– Снимать начнешь с этого места, но гости тебя не должны видеть. Мы задернем занавески, оставив лишь щель для объектива. Работенка предстоит сложная. Ты должен стать невидимкой, по-вашему это «скрытая камера». Так?

– Тут спрятаться негде.

– Есть.

Девушка открыла створку шкафа, сдвинула одежду в сторону, а затем и заднюю стенку. За ней находилась комната.

– Моего сигнала будешь ждать здесь, гостей я приму одна.

Она достала из кармана джинсов наушник, похожий на миниатюрный аппарат для глухих, и вставила его в ухо Данилы, потом показала зажигалку.

– Смотри внимательно. Бензина в ней нет. Вот я чиркаю пальцем по колесику, что ты слышишь?

– Гудок, похожий на телефонный.

– Отлично. Это означает, что ты должен скрыться в убежище, в потайной комнате. Не забывай закрывать за собой стенку-дверь. Если кто-то поднимется наверх, тебя не должны видеть.

– Догадался.

– Если я чиркну два раза, услышишь два гудка. В этом случае ты должен вести съемку с веранды второго этажа. Три гудка – спускайся вниз. Четыре – выходи во двор. Камера должна быть включена постоянно. Все понял? У тебя не будет времени на раздумье, включение и выключение, снимай все подряд.

Данила вспомнил вчерашний вечер, когда он ворвался в зал ресторана. В первые мгновения он, озираясь, вертел головой, едва не поймав пулю, и не снял ни одного кадра.

– Тут что, теракт готовится?