«Если» Журнал
Шрифт:
— Куда ты их везешь?
— На Землю, понятно.
— И с какой целью?
— А вот это уже не твое дело.
— Я требую ответа.
— Чтобы покорить вашу планету, если уж тебе так надо знать.
— И ты рассчитывал, что я стану помогать тебе в этом грязном деле?!
— Конечно. Почему бы и нет? Что такого хорошего сделала Земля лично для тебя? Ты получишь приличное вознаграждение, и мы дадим тебе новое тело и ограниченную автономию, когда процесс будет полностью завершен.
— Прочь с дороги! Я ухожу!
Том и Тангельблатт сцепились в пышно изукрашенной каюте. Коробка с яйцами шлепнулась на пол. А поскольку она была сделана из дешевого пластика (чересчур дешевого для такой важной миссии!), то треснула и сразу развалилась на куски. Маленькие яйца-тангельблатты весело заплясали на полу, выкрикивая:
— Ура! Мы прилетели, прилетели! Да здравствует новая жизнь!
— Нет еще! — зашипел на них взрослый Тангельблатт. — Марш спать! Произошла ошибка!
Воспользовавшись суматохой, Том выскочил из каюты и помчался по сияющим коридорам космического корабля. Он успел выпрыгнуть на самоходный трап в последний миг, когда трап уже отодвигался от шлюза.
Ну что же, сказал себе Том, это был слишком легкий и удобный вариант, чтобы оказаться правдой. Да, придется поискать какой-нибудь другой выход из положения…
32
Барон Корво никак не мог решить, надо ли показывать сегодня вечером новый кинофильм или все-таки не стоит. Когда он прибыл на место, вокруг театра скопилась мрачная толпа, весьма раздраженная объявлением об отмене премьеры.
— А как же Кокто? — нервно спросил курьер.
— Мне приказывают, и я повинуюсь, — пожал плечами киномеханик.
— Должно быть, произошла какая-то ошибка? — с надеждой произнесла герцогиня Миланская.
— Никакой ошибки, — сказал киномеханик. — Я получил приказ, подписанный самим бароном Корво. — Он похлопал по нагрудному карману, откуда выглядывал краешек плотного, сложенного вдвое пергамента.
— Разрешите взглянуть на приказ? — вмешался адвокат Морриси. — Возможно, мне удастся найти исключение или сноску, которые выведут нас из этой тупиковой ситуации.
— Никому, кроме меня, не позволено читать приказы, которые посылает барон Корво. Это дело Секретной полиции. Удивляюсь, как вы вообще могли предложить такое, адвокат!
— Нижайше прошу прощения, — пролепетал Морриси. — Просто мне ужасно хотелось посмотреть Кокто.
— Мне тоже, — мрачно сказал киномеханик.
— Как, неужели вы хотите сказать, что даже не взглянули украдкой?
— Конечно, нет! Хеннеси, мой помощник, донесет на меня сразу, как только я подумаю об этом.
— И что же будет вместо Кокто? — спросила герцогиня.
— Сборная мультпрограмма. Том и Джерри.
— Как, опять?! — воскликнула герцогиня. — Неужели мы никогда не избавимся от этой ужасной тягомотины?
— Король считает, что Том и Джерри потрясающее зрелище, — сказал киномеханик. — И он уверен, что все остальные считают то же самое. Лично я готов плеваться всякий раз, когда вижу эту бестолочь, но король всегда говорит, дружески пихая меня в бок: развеселые мультяшки, не правда ли, мистер киномеханик? И что я всегда отвечаю? Высший класс, сир, по-другому не скажешь!
— Как и мы, все остальные, — скорбно заметил Хеннеси.
33
Лишь только Шиш ушел, Корво тяжело рухнул в кресло и трясущейся рукой налил себе двойную порцию ирландского виски. В течение всей беседы его не оставляло странное убеждение, что Шиш способен прочесть его мысли и обнаружить, о чем барон Корво, шеф Секретной полиции, постоянно думает в последние дни. И если бы Шиш действительно увидел и услышал, что происходит в мозгу барона, то с ужасом отшатнулся бы от него, как и всякий благонамеренный и верноподданный обыватель, проживающий в королевстве короля Ральфа.
Эти сны снились Корво уже несколько ночей. Они были ужасны. Они отражали безумный страх Корво предать самого себя в том самом главном, чем он безмерно гордился в бодрствующем состоянии: непоколебимая верность королю!
Во сне барон по-прежнему сохранял эту верность, но тот, другой, который называл себя Рольфом… совсем наоборот. И ужас был в том, что Другой жил в мозгу Корво.
Проклятые сны начались даже раньше, чем король без всякого предварительного уведомления покинул дворец, чтобы уйти неизвестно куда. Барон был лояльным верноподданным, но в сны его закралось предательство. Он бы с радостью вырезал их из своей головы, если б только смог! Но какой скальпель, даже самый острый, способен на такое?