Грузины снова засмеялись.

– А как называется отель? – спросил Леван.

– «Формула-1», – ответила Ольга.

– Это та, что на Котэ Месхи? – уточнил Леван.

Она утвердительно кивнула головой:

– Правильно выговорить название улицы не смогу, но именно там.

– А я слышал, что там есть номера по двенадцать евро, – улыбнулся Леван. – Или это тоже для вас дорого?

– Самый дешевый – двадцать, – уверенно ответила Ольга, так как знала стоимость не понаслышке. Ее подруга работала в том отеле.

– По сравнению с другими это самая низкая цена, – хмыкнул Леван.

– Дядя, предложи ей поселиться у нас, – перешел на родной язык Зураб.

– Ты совсем с ума сошел? – нахмурился Григалашвили. – Что скажет моя жена?

– Я пошутил, – стушевался Зураб и бросил затравленный взгляд на Ольгу.

Делая вид, что не понимает, о чем речь, она разглядывала дом Левана. Его можно было назвать произведением искусства. Второй этаж опоясывал цвета летнего неба балкон, увенчанный замысловатой резьбой. Левее и выше на склоне была одна из достопримечательностей города – тбилисская мечеть. На ее фоне трехэтажное строение с черепичной крышей смотрелось эффектно.

– Нравится? – проследив за ее взглядом, спросил Григалашвили.

– Очень, – кивнула она. – Повезло людям, которые живут на втором этаже.

– Почему? – прищурился он.

– Оттуда наверняка видны весь город и Кура.

– Нет, Куру точно не видно. – Григалашвили хитро подмигнул Зурабу. – А вот с мансарды она как на ладони.

– Интересно, сколько стоит снять такую комнату?

– Пожалуй, ты прав, – тоже перейдя на грузинский, повернулся к Зурабу Леван. – Я предложу этому ангелу пожить здесь. Но ты даже и не думай приударить за ней. Вечером отправишься в ресторан на проверку.

– Хорошо, – с потухшим интересом в глазах кивнул Зураб.

– Пойдем с нами, – снова на русском предложил Леван девушке и направился к дому.

– Что скажешь? – наблюдая за тем, как спецназовцы укладывают парашюты, спросил генерал Антона.

Они стояли на краю поля, у специальной бетонной площадки, которую с утра тщательно промели бойцы батальона обеспечения учебного процесса и застелили двумя огромными кусками брезента.

– Слов нет, одни слюни. – Антон отыскал взглядом Куциева.

Чеченец, прихрамывая, суетился вокруг Тумана, на пару с которым производил укладку своего парашюта. Левый глаз его был заплывшим, а куртка на локтях превратилась в лохмотья. Из всей группы Габбро – единственный пострадавший. Мало того, что приземлился далеко за границами «зоны», он к тому же упустил момент и, оказавшись на земле, не успел вовремя «погасить» купол. Налетевший порыв ветра опрокинул его и протащил еще пару десятков метров по пашне до ближайшего пенька, который его и остановил.

– Надеюсь, у тебя хватило ума на него не кричать? – спросил Родимов.

– Я никогда не кричу, – напомнил Антон.

– Ну, ругаться, – поправился Родимов.

– Да за что? – развел руками Антон. – Сам понимаю, после трех прыжков с «дубком» пускать его на ПО-9 – преступление.

– Но теперь, надеюсь, будет легче, – осторожно заглянул Антону в глаза генерал.

– Теперь, конечно, освоится, – согласился с ним Антон.

– Сделаем перерыв на сутки. Пусть его на тренажере погоняют, – порекомендовал Родимов. – Завтра, кроме тактической, будете восстанавливать грузинский язык. С этого дня по две пары ежедневно.

– Мы его и не знали особо, – пожал плечами Антон, уже примерно догадавшись, какого характера будет следующая задача.

Основным в группе по-прежнему считался английский. Но, кроме Ермака, практически все знали чеченский. Могли допросить на грузинском. Антон с Дроном говорил, ко всему прочему, и на дари.

– Вы не хотите ввести меня в курс дела? – осторожно спросил Антон.

– По поводу? – сделал вид, будто не понял, о чем речь, Родимов.

– Какая следующая задача?

– Думаю, ты и сам догадался.

– В общих чертах это всем ясно, – подтвердил Антон. – Но хотелось бы знать детали.

– Хорошо, пойдем, – согласился Родимов.

– Туман! – окликнул Антон заместителя.

– Я! – выпрямился тот.

– За меня остаешься.

И они с генералом двинули по направлению к учебному центру.

– Грузины активизировали свою деятельность по всем фронтам, – заговорил Родимов. – В ход идет все, что может создать условия срыва Олимпиады и вообще очернить Россию в глазах международной общественности. Разведка этой страны налаживает активные контакты даже с криминальными группировками в городах Центральной России. Что уж говорить о бандформированиях и подпольях Северного Кавказа!