Шрифт:
Но вы думаете, он восстановит умственные функции?
Врач заколебался. — Видите ли, сэр, лейтенант Эпплеби подвергся воздействию силы тяжести, намного превышающей нормальную, в течение длительного времени. Это резко ускорило процесс старения. Мозговые ткани разрушились, капилляры лопнули, сердце работало под неслыханной нагрузкой. Разумеется, на него сильно повлияла гипоксия — в мозг поступало недостаточно крови.
Коммодор ударил кулаком по столу.
— — Не надо так расстраиваться, сэр, — мягко заметил врач. — Вы пожертвовали жизнью одного человека, но зато спасли двести семьдесят.
— — Но посмотрите на него, доктор! До вылета он был почти юношей, а теперь превратился в глубокого старика. И что значит — пожертвовал одним человеком? Если вы имеете в виду Клюгера, он посмертно награжден высшим орденом. Его семья получит пенсию. Но он уже видел жизнь. Я не имел в виду Клюгера!
— — Я тоже, — тихо ответил врач.
Как здорово вернуться!
— — Скорей, Аллан!
Домой, снова на Землю! Сердце ее бешено заколотилось.
— — Одну минутку!
Она стрелой выскочила из комнаты, а муж замешкался, в последний раз проверяя, не забыто ли что-нибудь важное в опустевшем помещении. Из-за высоких грузовых тарифов на линии Земля — Луна отправлять багаж ракетой было чистым безумием, и они распродали все, кроме тех мелочей, что уместились в рюкзаке. Убедившись, что ничего не забыто, он двинулся лифту, где его уже поджидала жена. Они поднялись На административный этаж и подошли к двери с табличкой: «Жилищный отдел. Управляющая Анна Стоун».
Мисс Стоун угрюмо приняла ключи от квартиры.
— — Мистер и миссис Мак-Рей, вы, в самом деле, от нас уезжаете?
Джозефина разозлилась:
— — А вы считали, что мы передумаем?
Управляющая пожала плечами:
— — Да нет, я еще три года назад поняла, что вы уедете, по вашим жалобам.
— — По моим жа… Мисс Стоун, я не меньше других терпела все дикие неудобства в нашем… в вашем перенаселенном крольчатнике. Я не хотела бы обвинять лично вас, но ведь…
— — Полегче, Джо! — одернул ее муж.
Джозефина вспыхнула:
— — Извините, мисс Стоун.
— — Пустяки. Мы просто по-разному смотрим на вещи. Я-то была здесь еще в те времена, когда весь Луна-Сити состоял из трех герметичных бараков, соединенных тоннелями, но которым приходилось ползти на четвереньках. — Мисс Стоун протянула супругам крепкую руку: — Будьте счастливы, землеройки, от всей души желаю вам этого! Удачного старта, счастливого пути и благополучной посадки!
В лифте Джозефина пробормотала:
— — Землеройки, вот еще! Только потому, что мы предпочитаем нашу родную планету, где можно, по крайней мере, дышать свежим воздухом.
— — Но ты ведь и сама употребляешь это словечко, — заметил Аллан.
— — Да, когда говорю о людях, вообще не покидавших Земли.
— — Мы с тобой тоже не раз говорили, что если бы обладали достаточным здравым смыслом, то никогда не покинули бы Землю. В душе мы с тобой землеройки, Джо.
— — Да, но… Ах, Аллан, ты просто невыносим. Ведь это счастливейший день в моей жизни! А ты разве не рад, что едешь домой? Неужели не рад?
— — Конечно, рад. Это же так здорово — вернуться! Верховая езда… Лыжи…
— — И опера. Настоящая, живая опера! Аллан, поживем недельку-другую на Манхаттане, прежде чем уехать в деревню?
— — Вот те раз! А я-то думал, что ты жаждешь ощутить дождевые капли на лице.
— — Хочу! Страшно хочу! Хочу многого и немедленно. Ах, милый, правда, похоже, что мы из тюрьмы выходим на волю?
Она прильнула к мужу. Лифт остановился, и он отстранил ее.
— — Перестань реветь!
— — Аллан, ты ужасен, — сказала она мечтательно. — Я так счастлива!
Им пришлось немного задержаться на этаже, где находились отделения банков. Клерк из конторы Национального городского банка уже приготовил их аккредитивы.
— — А-а, домой едете? Распишитесь здесь. Завидую вам: охота, рыбная ловля…
— — Да нет, я предпочитаю купание в прибое и прогулки на яхте.
— — А я, — сказала Джо, — хочу просто поваляться на зеленой травке и посмотреть на голубое небо.
Клерк кивнул:
— — Вполне понимаю вас. Тут ведь ничего подобного и в помине нет. Желаю приятного отдыха. На три месяца едете или на шесть?
— — Мы больше не вернемся, — твердо сказал Аллан. — Три года прожили, как рыбы в аквариуме, хватит.