Русский романс
вернуться

Пушкин Александр Сергеевич
Шрифт:

624. «Не уезжай ты, мой голубчик!..»

Не уезжай ты, мой голубчик! Печальна жизнь мне без тебя. Дай на прощанье обещанье, Что не забудешь ты меня. Скажи ты мне, скажи ты мне, Что любишь меня, что любишь меня… Когда порой тебя не вижу, Грустна, задумчива хожу. Когда речей твоих не слышу. Мне кажется, я не живу. Скажи ты мне, скажи ты мне, Что любишь меня, что любишь меня…

625. «Уйди, совсем уйди…» [625]

Уйди, совсем уйди… Я не хочу свиданий, Свиданий без любви и ласковых речей. Еще душа моя полна воспоминаний О прежних днях любви златой весны моей. Теперь тебе другая дороже и милее, И ей ты отдаешь и ласки, и мечты. А я совсем одна, едва собой владея И также все любя… О, если б понял ты! Когда душа полна тревогою дневною, Когда в мечтах моих далеко от тебя, Тогда любовь моя мне кажется смешною, Мне жаль своих надежд, желаний и себя. Но в поздний час ночной, когда сильнее муки, Когда кругом все спит в безмолвной тишине, К тебе в немой тоске протягивая руки, Я плачу и зову: вернись, вернись ко мне! Уйди, совсем уйди… Я не хочу свиданий, Свиданий без любви и ласковых речей. Еще душа моя полна воспоминаний О прежних днях любви златой весны моей.

625

Музыка Фризо.

626. «Миленький ты мой…»

Миленький ты мой, Возьми меня с собой! Там, в краю далеком, Буду тебе женой. Милая моя, Взял бы я тебя. Но там, в краю далеком, Есть у меня жена. Миленький ты мой, Возьми меня с собой! Там, в краю далеком, Буду тебе сестрой. Милая моя, Взял бы я тебя. Но там, в краю далеком, Есть у меня сестра. Миленький ты мой, Возьми меня с собой! Там, в краю далеком, Буду тебе чужой. Милая моя, Взял бы я тебя. Но там, в краю далеком, Чужая ты мне не нужна.

II

ВАЛЕРИЙ БРЮСОВ

(1873–1924)

627. Каменщик [626]

«Каменщик, каменщик в фартуке белом, Что ты там строишь? кому?» — «Эй, не мешай нам, мы заняты делом. Строим мы, строим тюрьму», — «Каменщик, каменщик с верной лопатой, Кто же в ней будет рыдать?» — «Верно, не ты и не твой брат, богатый, Незачем вам воровать». — «Каменщик, каменщик, долгие ночи Кто ж проведет в ней без сна?» — «Может быть, сын мой, такой же рабочий. Тем наша доля полна». — «Каменщик, каменщик, вспомнит, пожалуй, Тех он, кто нес кирпичи!» — «Эй, берегись, под лесами не балуй… Знаем все сами, молчи!» 1901

626

Музыка Энгеля, Толоконникова, Вильбушевича. Пели среди заключенных. Есть свидетельства, что в Каргополе Олонецкой губернии «в местной тюрьме арестанты пели „Каменщика“ на мотив, сложенный ими самими» (Библиография В. Брюсова. — М., 1913, с. 43).

628. Крысолов [627]

Я на дудочке играю, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Я на дудочке играю, Чьи-то души веселя. Я иду вдоль тихой речки, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Дремлют тихие овечки, Кротко зыблются поля. Спите, овцы и барашки, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, За лугами красной кашки Стройно встали тополя. Малый домик там таится, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Милой девушке приснится, Что ей душу отдал я. И на нежный зов свирели, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Выйду, словно к светлой цели, Через сад, через поля, И в лесу, под дубом темным, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Буду ждать в бреду истомном. В час, когда уснет земля. Встречу гостью дорогую, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Вплоть до утра зацелую, Сердце лаской утоля. И, сменившись с ней колечком, Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, Отпущу ее к овечкам, В сад, где стройны тополя. 1904

627

Музыка Рахманинова.

АЛЕКСАНДР БЛОК

(1880–1921)

629. «Зимний ветер играет с терновником…» [628]

Зимний ветер играет с терновником, Задувает в огне свечу. Ты ушла на свиданье с любовником. Я один. Я прощу. Я молчу. Ты не знаешь, кому ты молишься — Он играет и шутит с тобой. О терновник холодный уколешься, Возвращаясь ночью домой. Но, давно прислушавшись к счастью, У окна я тебя подожду. Ты ему отдаешься со страстью. Все равно. Я тайну блюду. Все, что в сердце твоем туманится, Станет ясно в моей тишине. И, когда он с тобой расстанется, Ты признаешься только мне. 1903

628

Музыка Василенко.

630. «В голубой далекой спаленке…» [629]

В голубой далекой спаленке Твой ребенок опочил. Тихо вылез карлик маленький И часы остановил. Всё, как было. Только странная Воцарилась тишина. И в окне твоем — туманная Только улица страшна. Словно что-то недосказано, Что всегда звучит, всегда… Нить какая-то развязана, Сочетавшая года. И прошла ты, сонно-белая. Вдоль по комнатам одна. Опустила, вся несмелая, Штору синего окна. И потом, едва заметная, Тонкий полог подняла. И, как время безрассветная, Шевелясь, поникла мгла. Стало тихо в дальней спаленке — Синий сумрак и покой, Оттого, что карлик маленький Держит маятник рукой. 1905

629

Музыка Вертинского, Саца, Ан. Александрова, Гаршнека.

631. «Не спят, не помнят, не торгуют…» [630]

Не спят, не помнят, не торгуют. Над черным городом, как стон, Стоит, терзая ночь глухую, Торжественный пасхальный звон. Над человеческим созданьем, Которое он в землю вбил, Над смрадом, смертью и страданьем Трезвонят до потери сил… Над мировою чепухою; Над всем, чему нельзя помочь; Звонят над шубкой меховою, В которой ты была в ту ночь. 1909

630

Музыка Щербачева.