Злой город
вернуться

Вронский Юрий Петрович
Шрифт:

Ни стона, ни рыдания В Рязани не слыхать. Порублены, погублены И жители и рать. Здесь некому оплакивать Невинных малых чад. Растерзаны, растоптаны Родители лежат. Где высились вчера ещё Хоромы и дворы, Теперь дымятся чёрные Огромные костры. Как будто адским пламенем Земля обожжена. Неслыханная, страшная Настала тишина. Ни воинов, ни жителей, Ни храмов, ни жилищ. Лишь бродит в белом саване Метель средь пепелищ.
* * *
В ту пору был в Чернигове Евпатий Коловрат, Когда орда Батыева Опустошала град. Услышав о нашествии, Он поспешил домой, И ни души в Рязани он Не отыскал живой. И горе в сердце крепкое Рогатиной [16] впилось. Упал на снег со стоном он, Как недобитый лось. А ум его желание, Как пламя, обожгло: Воздать орде языческой За сделанное зло. По весям, схоронившимся Подале от дорог, Собрал дружину малую — Кого господь сберёг. И бросился в погоню он, Чтоб супостатов бить И в битве чашу смертную, Как прочие, испить. Селенья придорожные В развалинах, в золе, А сам Батый бесчинствует На Суздальской земле [17] . Евпатий с ханом встретился У Каменки-реки [18] И начал сечь без милости Татарские полки. Безбожные в смятении: Откуда храбрецы? Неужто для возмездия Воскресли мертвецы? С какой великой яростью Ведут неравный бой, Один дерётся с тысячей, А два дерутся с тьмой! А если у которого Подзатупился меч, Хватает меч татарский он И продолжает сечь. А если у которого Не вынес конь трудов, Садится на другого он И вновь разит врагов. Один с кузнечным молотом, Видать, из кузнецов, Как яйца, колет головы Батыевых бойцов. Проносится сквозь полчища Евпатий Коловрат И, как крапиву, рубит он Татар за рядом ряд. Увидел сечу лютую И убоялся хан — Подальше от побоища Переместил свой стан.

16

Рогатина — разновидность копья с более широким и массивным наконечником.

17

Суздальская земля — Владимиро-Суздальское княжество, находившееся в междуречье Волги и Оки. Древнейшими центрами её были Суздаль и Ростов, почему её иногда ещё называют Ростово-Суздальской. С середины XII в. центр этой земли переместился во Владимир.

18

Река Каменка — приток Нерли, а Нерль приток Оки. На р. Каменке стоит г. Суздаль.

* * *
Пять воинов Евпатия От ран изнемогли. Схватили басурмане их И к хану привели. — Откуда вы явилися И, не жалея сил, Пошто вы зло чините мне? Батый у них спросил. — Мы жители рязанские Пришли — и стар, и млад. Позвал же в путь-дорогу нас Евпатий Коловрат. И мы сюда на Каменку Явилися не зря — Хотим тебя почествовать, Могучего царя. Да вот досада горькая: Уж ты не осуди — Не успеваем с чашею Всё войско обойти! Дивится хан ответу их, Велит послать скорей На Коловрата избранных Своих богатырей. С богатырями съехался Евпатий Коловрат, И по шеломам бьёт он их, Как будто бьёт в набат. Как стонет сталь калёная — Тяжёл его удар! И нет в доспехах кованых Спасенья для татар. Что делать? Зятя милого Зовёт татарский хан. Он видом просто чудище, А ростом великан. Зовётся Хостоврулом он, У хана он в чести. Он посулил Евпатия Живого привести. С отрядом храбрых воинов Спешит Батыев зять. Бесстрашного Евпатия Живым он хочет взять. Ему навстречу соколом Рванулся Коловрат, Как в стадо лебединое, Он врезался в отряд. Тут, помня обещание, Батыев великан Накинул на Евпатия Волосяной аркан. Ещё одно мгновение — И петлю б затянул На шее у Евпатия Проклятый Хостоврул. Но Коловрат проворен был, Успел аркан схватить И разорвал верёвку ту, Как шерстяную нить. Глядит он: что за чудище? Ни зверь, ни человек! И великана страшного Он до седла рассек. И дрогнули у воинов Батыевых сердца — Доселе не встречалось им Подобного бойца! Бесчисленные пороки [19] Приволокли тогда, И била по Евпатию Из пороков орда. И пал рязанец яростный От многих тяжких ран. И к телу бездыханному Тогда склонился хан. — Евпатий, — тихо молвил он, С дружиною своей Сгубил ты много доблестных Моих богатырей. И пали нынче многие Отважные полки От рук твоих товарищей И от твоей руки. А у меня служил бы ты, Могучий Коловрат, Ты был бы сердцу ханскому Милей, чем кровный брат! И отпустил он раненых, Захваченных живьём,— Пускай их беспрепятственно Идут своим путём. И бренный прах Евпатия Он взять позволил им, Чтоб схоронили воина Обычаем своим.

19

Порок — орудие, с помощью которого осаждавшие метали камни для разрушения стен. Пороки имели вид большого камнемётного лука либо самострела.

Зазвенели ручейки под снегами, Зашумели водопады в овраге, А бугры, где снег уже растаял, Прошлогодней травой зазеленели. Только небеса ещё покуда, Словно талые воды, студёны, И плывут по ним, точно льдины, Ноздреватые облака. Скоро, скоро уже над Козельском [20] Поплывут гуси-лебеди на север, На лесные дальние озёра. Но невесело молоденькой княгине, Как полынь, её долюшка вдовья, А теперь ещё новая тревога Чёрным вороном застит ей свет. Ходят страшные, тёмные слухи О каких-то татарах безбожных, Будто все с кривыми мечами, Не щадят ни старых, ни малых. Дев и жён, молодых и красивых, Забирают в полон нечестивцы И навек превращают в рабынь… Кабы никто её не видел, Облегчить бы сердце слезами, Пасть бы на землю сырую, В голос, не стыдясь, запричитать: «Князь мой милый, сокол мой ясный На кого же ты меня покинул, Сиротиною сына оставил? Некому-то нас, горемычных, Оберечь от лихих супостатов. Злой татарин руки мне свяжет И утащит в терем на колёсах [21] , А сынок наш, князь малолетний, Век недолгий в муках окончит На безжалостном вражьем копье!» Но молчит молодая княгиня, Лишь солёные слёзы глотает Да глядит, как играет Василий, Здешний князь удельный — мальчонка Четырёх годков от рожденья. А на князе багряный кафтанчик Золотой бахромой оторочен, Золотым пояском подпоясан. Голова у князя покрыта Синей шапкой с жёлтой опушкой, На ногах голубые сапожки. Сдвинув бровки свои к переносью, Машет князь деревянным мечом. — Отчего ты, матушка, печальна? Ты скажи мне, кто тебя обидел? Я пойду на обидчиков войною, Разорю города их дотла! Слыша речи ребячьи, княгиня Улыбается сыну сквозь слёзы, Как осеннее бледное солнце.

20

Козельск — город в Черниговской земле на р. Жиздре. В начале XIII в. центр удельного княжества.

21

Терем на колёсах — Монгольские юрты были установлены на повозки для передвижения во время походов.

* * *
Князь владимирский погиб на Сити [22] , С ним погибла вся его дружина, А Батыевы степные волки Всей ордой к стенам Торжка [23] явились И долбили пороками стены Днём и ночью — две недели кряду. А пробивши стены, истребили Весь народ от мала до велика. Истребивши, далее пустились К Новгороду [24] древнему, на север. Тут Батый, по слухам, убоялся Полых вод, озёр, болот бескрайних И велел орде идти на полдень, В землю половецкую степную [25] . Позади — пожарища дымятся, Впереди — селения и грады, Новые кровавые пиры. Вот татары подошли к Козельску, Смотрят, город вовсе не великий — Впору придавить копытом конским. По лукавому обыкновенью, Хан Батый послов отправил в город, Предлагает горожанам сдаться, Обещает пощадить им жизнь. Козличи недолго совещались, Как один, решили не сдаваться: Лишь глупец поверит нечестивым — Меч у них кривой и речь кривая! Князь наш молод, биться сам не может, Но положим животы за князя, А в награду здесь получим славу И венцы небесные — на небе!

22

Сить — приток р. Мологи.

23

Торжок — город в Новгородской земле на р. Тверце, возникший на месте торга (ярмарки) на пути из Новгорода к Волге.

24

Новгород — один из древнейших и крупнейших городов в Древней Руси. Известен с IX в. Новгород был центром обширнейшей Новгородской земли, простиравшейся от верховьев Волги до Белого моря.

25

Земля Половецкая — причерноморские степи между Волгой и Дунаем, где в XI — начале XIII вв. кочевали половецкие племена.

* * *
Семь недель татары город осаждают, Семь недель на город падают их стрелы, Дождь смертельный зарядил не на шутку Это страшное ненастье, как видно, Никогда уже не сменится вёдром. По оврагам и лощинам снег растаял, И на смену подснежникам нежным Одуванчики жёлтые явились. Речка Жиздра [26] ото льда освободилась И на гладь её, спокойную как небо, Гуси-лебеди спускаются на отдых. Сказки нянины княгиня вспоминает, Вспоминает, как маленькая, шепчет: — Гуси-лебеди, милые, возьмите Маленького Васеньку с собой, В лес дремучий на север унесите В дом к своей государыне лесной. Может, сжалится Яга над дитятей, Приютит у себя сироту! Гуси-лебеди взмывают в небеса, Гуси-лебеди летят себе в леса, Гуси-лебеди гогочут да ячат, А ей кажется — хохочут да кричат. День и ночь татары лезут на стены, День и ночь не умолкает шум битвы. Притомится один отряд, сражаясь, Новый, свежий, отряд его сменяет — Это чтобы осаждённые не знали Ни минуты сна и покоя. Горожане на стенах разят пришельцев И мечи свои, иззубренные за день, Даже ночью наточить не успевают. День и ночь кипят котлы со смолою, Чтобы лить её на злых басурманов. День и ночь жёны делают стрелы, Чтоб мужья стреляли в нечестивых. Стар и млад таскают камни на стены, Чтобы рушить на головы безбожных. Разбирают дома свои на брёвна И бросают брёвна на проклятых. Сотни пороков стоят у стен Козельска, День и ночь долбят, клюют стены града, Как огромные чудовищные дятлы, И к концу седьмой недели расклевали, Продолбили толщу стен крепостных. Ворвались тогда татары в проломы, Всей ордой поднялись на вал высокий. Горожане повстречали их с ножами И дрались с ордой проклятою, покуда Не испили смертной чаши, как один. А которые не в силах были биться, Те в домах на засовы затворялись И в домах разжигали костры. А всех прочих, оставшихся живыми, Малых в люльках и старых на полатях, Повелел иссечь Батый безбожный. А про княжича одни говорили, Что разрублен татарскою саблей, А другие — что в крови утонул. Гуси-лебеди не вняли княгине И за сыном её не прилетели. Только стаи облаков белоснежных Проплывают над пожарищем чёрным.

26

Жиздра — приток Оки.

* * *
Много русских погибло в Козельске, А захватчиков — тех ещё больше. Победители долго искали Трёх князей своих средь убитых, Не нашли и отправились дальше, В половецкие знойные степи. Вспоминали Козельск и, не смея Говорить это страшное имя, Нарекли ему имя: Злой город.

Над Выселками полтора столетья Прошло с тех пор, как Колотило бросил Семью и дом по зову Коловрата И вместе с ним погнался за Батыем. На деревенском кладбище могилы Его потомков — тоже кузнецов, А где лежит их предок, неизвестно. Вся Русь стонала полтора столетья Под нестерпимым игом басурманским, А пуще всех Рязанская земля — От Золотой Орды [27] она всех ближе. Шли годы. И татарские владыки, Как прежде наши, стали грызть друг друга, Всё чаще им бывало не до русских Из-за кровавых споров и раздоров. Шли годы. И с Москвою во главе Неспешно, потихоньку, понемногу Из множества разрозненных земель Единое слагалось государство, Как из перстов слагается кулак. И вот по русским городам и весям Прошла молва: Великий князь московский Теперь повсюду собирает войско — Намерен он с татарами сразиться И Русь от ига тяжкого избавить. И вот к нему все русские князья Пришли с друяшнами и ополченьем, И даже из Литвы пришли два князя — Димитрий Брянский [28] с Полоцким Андреем [29] . И Троицкой обители создатель Премудрый старец Радонежский Сергий [30] Благословил на битву это войско, Сказал, что в ней прольётся много крови, Но русские одержат в ней победу. И отпустил с московским ополченьем Двух чернецов, Ослябю с Пересветом, Что мужеством прославились в миру. И лишь Олег [31] , рязанский князь, в то войско С дружиною своею не пошёл. Он не поверил в силу русской рати И торжества Мамая убоялся — Рязань-то ведь всех ближе от Орды! Молва о том, что будет бой великий И в Выселки рязанские пришла. Кузнец Иван, потомок Колотила, Сказал: — Князь не идёт, так сам пойду Поцеловал жену и малых деток, Взял молот и отправился в Москву.

27

Золотая Орда — ханство, возникшее после походов монгольских войск в 40-х годах XIII в. на территории Восточной Европы и Средней Азии от Иртыша до Дуная. Столицей Золотой Орды был город Сарай Бату на Волге (близ Астрахани). Золотоордынские ханы находились в зависимости от великих ханов, живших в г. Каракоруме (Монголия).

28

Дмитрий Брянский — сын Великого князя литовского Оль-герда, княжил в Брянске, принадлежавшем тогда Литве, с 1377 г. был на службе у Великого князя московского.

29

Андрей Полоцкий — сын Ольгерда, княжил в Полоцке, принадлежавшем тогда Литве, с 1379 г. был на службе у Великого князя московского.

30

Сергий Радонежский (ум. в 1395 г.) — основатель Троице- Сергиева монастыря под Москвой (ныне в г. Загорске). Принимал активное участие в борьбе за объединение русских земель, был вдохновителем похода русских войск против Мамая. С Сергием были связаны и многие деятели русской культуры того времени.

31

Олег Рязанский — Великий князь рязанский (1350–1402), соперничавший с Москвой, как и его предшественники, За первенство на Руси. Во время похода Мамая выступил на его стороне, пропустив татаро-монголов по Рязанской земле. К моменту битвы рязанские войска, однако, не успели подойти. После Куликовской битвы Олег бежал из Рязани, в 1381 г. заключил мир с Дмитрием Донским. В 1382 г. он опять выступил на стороне врага, а в 1386 г. вновь примирился с Москвой.