— Приготовьте, пожалуйста, кофе, госпожа Стопак.

— В этом нет нужды, он принес кофе с собой.

Из-за угла показалась набриолиненная голова Чезаре.

— Надеюсь, вы не возражаете, — сказал он и указал на квадратную корзинку, в которой помещался завернутый в плотную ткань кофейник и с десяток пирожных.

— Отчего же я должен возражать? — сказал Тибо и радушным жестом пригласил гостя войти. — Проходите, господин Чезаре. Госпожа Стопак, думаю, нам понадобятся чашки и блюдца.

Агата удалилась и вернулась с двумя чашками, а Тибо тем временем усадил Чезаре за стол напротив себя.

— Так вы к нам не присоединитесь? — спросил Чезаре, но в его голосе прозвучала нотка облегчения, так что Агата в знак отказа вежливо улыбнулась и бросила печальный взгляд на Тибо.

— Тогда возьмите пирожное, — предложил Чезаре. — Нет, возьмите два! Съедите, когда сами будете пить кофе.

Агата заколебалась.

— Конечно-конечно, — сказал Тибо. — Возьмите себе пирожное!

Эти слова, похоже, повлияли на выбор Агаты.

— Нет, спасибо, — сказала она и вышла.

Несколько секунд добрый мэр Крович и Чезаре с корзинкой отвергнутых пирожных на коленях сидели неподвижно и глядели на закрывшуюся за Агатой дверь.

— Что ж, — сказал наконец Тибо.

— Очень, очень милая, — отозвался Чезаре и понимающе вздохнул.

После этого снова возникло впечатление, что темы для разговора не находится.

— Что ж, — сказал Тибо, — что ж, хорошо. — И потер руки, пытаясь казаться веселым и ничуть не смущенным.

— Кофе? — предложил Чезаре.

— Да, было бы славно.

— Как вы любите, господин мэр, по-венски.

— Хорошо. Спасибо.

Чезаре развернул кофейник, налил кофе в чашки и поднял свою, словно собираясь произнести тост.

— Ох, совсем забыл! Пирожное, господин мэр? — Он приподнял свою корзинку. — Ну и официант я, ничего не скажешь!

Тибо промычал что-то ободряющее и взял круассан.

— Здесь вы гость, господин Чезаре. Вы гражданин Дота, и для меня честь поухаживать за вами.

Они снова замолчали. Пожевали пирожные. Отхлебнули кофе. Мэр Крович поймал себя на том, что рассматривает роскошные черные усы Чезаре, прилипшую к ним микроскопическую крошку глазури и тончайшую, не толще нити, полоску седины там, где не прошлась кисточка с краской.

Они улыбались, кивали друг другу, жевали, прихлебывали и молчали. Цель визита Чезаре, если таковая и была, оставалась неясной, но Тибо был готов подождать.

— Как идут дела? — спросил он.

— Грех жаловаться. Работа кипит. Однако в последнее время вы, господин мэр, стали у нас редким гостем.

— Нет-нет, я… — Тибо неуверенно помолчал и продолжил: — Да, пожалуй, мне следует чаще к вам заглядывать. Да.

Сказав это, он откусил от пирожного изрядный кусок. Это дало ему возможность помолчать подольше, но жевал он целую вечность и в конце концов еле проглотил все, что было во рту.

— А у вас, — Чезаре взмахнул в воздухе остатком пирожного, — а у вас как дела, господин мэр?

— О, у меня то же самое. Как и у вас, работа кипит. Хлопот полон рот.

Снова молчание.

— Как бы то ни было, — сказал Тибо, — не могу ли я быть вам чем-нибудь полезен?

Чезаре провел языком под верхней губой, на случай, если там укрылись крошки.

— Да, — сказал он. — Да, в самом деле. Не хотите ли еще кофе, господин мэр? Он еще горячий.

Чезаре разлил по чашкам остатки кофе, но оставил свою стоять на столе, а сам подошел к окну и встал там, засунув руки в карманы и покачиваясь на каблуках.

— Смотрели последний фильм в «Палаццо»? — спросил он через некоторое время.

— Нет. А что, хороший?

— Мне так понравилось, что думаю сходить еще раз. Шпионский детектив. В главной роли Элмо Ритал.

— Отличный актер.

— Да, несомненно.

Тибо поставил чашку на блюдце.

— Господин Чезаре, если я могу быть вам чем-нибудь полезен, говорите, не стесняйтесь.

— Это сложный вопрос. Деликатный.

— Можете не сомневаться: что бы вы ни сказали, это не выйдет за пределы моего кабинета, — сказал Тибо, но потом, подумав (и тут же этого устыдившись), не собирается ли Чезаре предложить ему взятку, прибавил: — Если это не что-нибудь противозаконное, конечно.