— Я сказал правду, — выдохнул Роман.

— Очеретин и Спицын пешки. Тебя инструктировал кто-то другой. Не простой уголовник. Тебе не отвертеться, Хатылев. Говори!

Хатылев понял, что малой кровью тут не обойтись: он думал выдать только Очеретина и Шпицына. Не получилось. Хатылев вздохнул. В конце концов, своя рубашка ближе к телу.

— Я не ожидал, что вы так быстро меня раскроете, — мрачно произнес Хатылев. — И все-таки Галина мне нравилась.

— Ну что за мразь! — воскликнула женщина и вышла в коридор.

— Мне нужно знать, кто тебя инструктировал, — напомнил Дронго, — кому ты сегодня звонил. Уже второй час ночи.

— Не могу, — вдруг сказал Роман, — боюсь. Он меня из-под земли достанет.

В этот момент в комнату вбежала Галина и направила на Хатылева пистолет. Тот задрожал.

— Говори, сволочь, или я тебя прикончу!

Дронго даже не успел встать со стула.

— Нет, — бледнея, закричал Роман, — не стреляй. Я скажу. Это Попов. Арсений Попов. Я звонил ему сегодня три раза. Он меня инструктировал. Не стреляй!

Дронго подошел к Галине.

— Ты мне обещала, — сказал строго.

Но женщина, не помня себя, бросилась на Хатылева, снова надавала ему пощечин, даже пыталась ударить рукояткой пистолета по голове.

Он отлетел к стене, пригнулся, защищая лицо и голову от ударов. Она начала пинать его ногами.

— Подонок, — кричала она, — какой же ты подонок!

Дронго снова пришлось оттаскивать разъяренную женщину от незадачливого «писателя». Хатылев сидел на корточках, весь в крови, и тихо плакал, очевидно не ожидая такой развязки.

— Успокойся, — удерживал он Галину, — пожалуйста, успокойся.

Она вырывалась, кричала.

— Это из-за него убили людей…

— Хватит! — Дронго выпроводил Галину в коридор и повернулся к Хатылеву, все еще сидевшему в углу. Из носа у него капала кровь, и он, всхлипывая, размазывал ее по лицу вместе со слезами.

— Ну и дурак же ты, — сказал ему Дронго, — разве можно играть на чувствах такой женщины. Она могла тебя убить…

В этот момент он услышал характерный щелчок и как безумный выскочил в коридор. Галина, держа пистолет у виска, спустила курок… Но выстрела не последовало. Она тряслась всем телом, глядя на пистолет. Затем подняла его и, целясь себе в сердце, снова нажала на спуск. Потом еще и еще. Выстрелов не было.

— Нет! — закричала она. — Не может быть!

— Успокойся, — Дронго вырвал у нее оружие, — хватит истерик! — крикнул он и ударил женщину по лицу. Она вскрикнула не столько от боли, сколько от неожиданности, и изумленно посмотрела на Дронго.

— Вы меня ударили. — И тут же поправилась: — Ты меня ударил…

— И еще ударю. Если будешь фокусничать.

— Зачем мне жить, — в отчаянии произнесла она, — если из-за меня погибли люди.

— Не из-за тебя, а из-за подлости Хатылева. Хватит себя терзать.

— Ты вытащил патроны? — спросила она.

— Конечно. Я боялся, что ты сорвешься. И не ошибся. Не хотел отдавать тебе оружие, но разве сладишь с тобой? Тебе больно?

— Больно.

— Извини, — пробормотал он, — впервые в жизни ударил женщину. Пройди в ванную, намочи полотенце и приложи. Хотя нет, не трогай его полотенце, противно. Возьми мой носовой платок.

— А поможет?

— Не уверен.

Она пошла в ванную, а Дронго снова позвонил оператору.

— Я передал всю информацию на ваш компьютер, — простонал тот, — хватит меня мучить.

— Последний вопрос, проверьте Арсения Попова. По-моему, он бывший офицер либо спецназа, либо ГРУ, либо КГБ.

— Вы знаете, сколько людей с такой фамилией работает в органах? — не без ехидства спросил оператор.

— Номер телефона и адрес Попова, — бросил Дронго Хатылеву.

— Не знаю, — пробормотал Хатылев, — у меня есть только номер его мобильного телефона. Встречались мы на даче у Очеретина.

— Давай номер мобильного, — потребовал Дронго и передал его Зиновию Михайловичу. — Узнайте, кто такой и где живет.

— Я уйду на пенсию, — сказал Зиновий Михайлович, — одна ночь с вами стоит целого месяца работы.

— Будь вы женщиной, я бы с вами согласился, — невесело пошутил Дронго.

— Вы самый настоящий садист, — заявил Зиновий Михайлович и бросил трубку.

— Одевайся, — приказал Дронго Хатылеву, — поедешь с нами. Это в твоих же интересах.

Он снова взял аппарат, но на этот раз набрал номер Всеволода Борисовича.

— Все в порядке, — сообщил он, — мы выяснили, кто готовил операцию по внедрению Хатылева. Через несколько часов, возможно, познакомимся с ним.