Рокфорт стал адом на Земле. Созданный человеком вирус был неустойчив к воздуху и не мог переноситься таким путем, и он быстро рассеялся, успев, однако, заразить добрую половину обывателей острова… но новые его носители в сжатые сроки перекусали оставшихся, распространив заразу. Некоторым удалось сбежать чуть раньше, что не спасло их, ведь выбор между инфицированными и освободившимися БОО невелик. Весь остров был наводнен ими.

"Может, так оно и должно быть. Может, мы все получили по заслугам".

Родриго знал, что не был плохим человеком, но и не обманывался на свой счет — хорошим парнем его тоже назвать нельзя. Он закрывал глаза на многое дерьмо, что творилось вокруг, если ему за это хорошо платили, но, сколько бы он ни пытался переложить ответственность за происходящее вокруг на кого-нибудь другого, ему не удавалось отделаться от осознания того, что он внес свою маленькую лепту в творившийся вокруг апокалипсис. "Амбрелла" играла со своим врагом… но даже после уничтожения Раккун-Сити, после катастрофы в бухте Калибан и подземном комплексе, он не верил, что с ним или его командой может случиться подобное.

Еще один ходячий мертвец проковылял мимо его временного убежища, вместо челюсти — свежая рана от дробовика. Инстинктивно Родриго пригнулся пониже, опять изо всех сил пытаясь не упасть в обморок, тело пронзило новой невероятной болью. Он сломал ребра чуть раньше; а эта боль сигнализировала о каком-то внутреннем повреждении. Возможно, разрыв печени — верная смерть, если не оказать помощь. Как ни странно, но осознание своей удивительной полосы неудач взбодрило мужчину, внутреннее кровотечение убьет его раньше, чем какая-то тварь сожрет…

Мысли блуждали, боль стала сильнее, но как бы ему ни хотелось отдохнуть, его ждала девушка, и он не мог забыть про это. Он был уже так близко, так близко. Один из охранников вырубил ее прежде, чем она получила тюремный номер и прошла физическое освидетельствование, и это случилось как раз перед нападением. Она все еще должна быть в камере предварительного заключения, подземный вход в которую пролегал как раз за пылающими остатками вертолета.

"Почти все, а потом я смогу отдохнуть".

Большинство носителей вируса, которых теперь вряд ли можно было назвать людьми, отошли подальше от горящих обломков, возможно, ведомые каким-то первобытным инстинктом. Он потерял свое оружие где-то по пути, но если пробежать за надгробиями у западной стены…

Родриго медленно сел, боль усилилась, он чувствовал, как слабеет, к горлу подступила тошнота. Там, в аптечке первой помощи, должна быть бутылка с кровоостанавливающей жидкостью, которая, по крайней мере, замедлит кровотечение, хотя он думал, что уже готов к смерти настолько, насколько человек может принять подобное.

"Нет, пока я не добрался до девушки. Я поймал ее, и я привез ее сюда. Это моя вина, и если я умру, она тоже погибнет".

Несмотря на весь тот кошмар, свидетелем которого он стал сегодня, товарищей, которых он потерял и постоянный терзающий ужас, Родриго не мог перестать думать о ней. Руки Клэр Рэдфилд были обагрены кровью, это так, но по другой причине, не той, что была у "Амбреллы". Не той, что у него. Она не убивала ради наживы, не заставляла его игнорировать собственную совесть все эти годы… и, по правде говоря, глядя на то, как его элитную команду порубили в фарш монстры, проведя полдня в сражении за свою жизнь, он осознал, что попытка призвать "Амбреллу" к ответу — это то, чем занимаются хорошие люди. За одно только это девчонка заслужила хотя бы малости — не умереть одной в темноте. И так получилось, что у него с собой была связка ключей, которую он снял с пояса мертвого начальника; один из них наверняка подойдет к двери ее камеры.

Искры от горящего остова взлетали в темное небо, крошечные яркие насекомые, вспыхивающие в огне, превращающиеся в ничто, иногда падали на ближайших зомби и с шипением гасли на их серой плоти. Они не обращали на это внимания. Родриго сжал зубы и, пошатнувшись, встал на ноги, опасаясь, что юная Клэр может не продержаться в одиночку и десяти минут, зная, что он должен дать ей шанс. Это было не самым меньшим, что он мог для нее сделать; это было единственным, чем он мог помочь.

Голова Клэр раскалывалась от боли.

Она пребывала в полудреме, вспоминая различные вещи, пока отдаленный звук грома не ворвался в темноту, пробуждая ее ото сна. Ей виделось безумие, которым стала ее жизнь в последние несколько месяцев; неугасшей частью сознания она понимала, что это реальность, но все же как трудно было поверить в эту невероятную правду. Вспышками ей виделись события, произошедшие в Раккун-Сити после заражения, образ жестокого существа, преследующего ее и маленькую девочку в пустынных местах, воспоминания о семье Биркина, о встрече с Леоном, о мольбе, чтобы с Крисом ничего не случилось.