Шо опустился в скважину и начал спускаться вниз. На мгновенье задержался и посмотрел наверх.

Пыль от взрыва еще не осела, вид взволнованных лиц наверху был словно в тумане.

На самом краю участка по его периметру солдаты лейтенанта Санчеса, прячась за стволами деревьев и валунами, продолжали вести интенсивный огонь по густым зарослям в лощине. С начала боя они потеряли одного убитого и восемь раненых. Сам Санчес также был ранен, пуля прошла навылет через бедро. Он сорвал полевую куртку и завязал входное и выходное отверстия нижней рубашкой.

— Огонь противника слабеет, — прокомментировал сержант Хупер, отплевываясь табаком.

— Чудо, что там вообще остался кто-то живой, — сказал Санчес.

— Никто не сражается с таким отчаянием, кроме террористов-фанатиков.

— Они хорошо обучены. Не могу отказать им в этом.

Он замолчал, прислушиваясь. Затем поскреб ухо и посмотрел между двумя валунами, за которыми они прятались.

— Слышите?

Хупер насупил брови.

— Сэр?

— Они прекратили огонь.

— Это, возможно, уловка, чтобы мы попались на нее.

— Не думаю, — сказал Санчес. — Передай команду «прекратить огонь».

Вскоре над лесом, в котором шел бой, установилась странная тишина. Затем из зарослей медленно появился человек, поднимая винтовку высоко над головой.

— Сукин сын, — пробормотал Жупер. — Он в полной боевой форме.

— Наверное, купил из излишков военного обмундирования.

— Самодовольный ублюдок.

Санчес поднялся на ноги и небрежно закурил сигарету.

— Я пошел, если он вздумает свести со мной счеты, разрежьте его на две части.

— Отступите в сторону, сэр, чтобы у нас была прямая линия для прицеливания.

Санчес кивнул и пошел вперед. Отступил в сторону на один или два ярда от сержанта Бентли и осмотрел его с ног до головы. Увидел почерневшее лицо, сетчатый шлем с торчащими из него веточками и знаки различия военнослужащего. На лице не было и следа страха — только широкая улыбка.

— Доброе утро, сэр, — приветствовал Бентли.

— Командуешь здесь ты?

— Нет, сэр. Если вы согласитесь пойти со мной, я отведу вас к нему.

— Вы сдаетесь?

Бентли кивнул.

— Да, сэр.

Санчес опустил ружье.

— Ладно, тогда вслед за тобой.

Они прошли через заросли кустарника, оставшегося без листвы из-за интенсивного огня, в лощину. Санчес увидел разбросанные тела, землю, пропитанную кровью. Раненые солдаты безразлично смотрели ему вслед, не проявляя никакого интереса. Три солдата, по виду целые и невредимые, встали по стойке «смирно».

— Подравняйтесь, парни, — строго сказал Бентли.

Санчес совершенно растерялся. Эти люди не укладывались в его представление о террористах. Это были солдаты в военном обмундировании, дисциплинированные и профессионально подготовленные к бою. Бентли провел его к двум мужчинам, находящимся около выкопанной ямой. Один из них, грязный с головы до ног, склонился над другим, разрезая его сапог, наполненный кровью. Человек, лежащий на земле, взглянул на приближающегося Санчеса и вскинул руку, бодро приветствуя его.

— Доброе утро.

«Веселый парень», — подумал Санчес.

— Здесь командуете вы?

— Да, я, — ответил Маклин. — Не удостоите ли вы меня чести назвать свое имя, сэр?

— Лейтенант Ричард Санчес, морская пехота Соединенных Штатов.

— Бриллиант чистейшей воды. Я лейтенант Дигби Маклин, Королевская морская пехота Её Величества.

Санчес замер с открытым ртом. Он смог лишь пробормотать:

— Будь я проклят!

Это всё, на что он был способен.

Первое, что заметил Шо, когда спустился в вентиляционную скважину, было влажное и заплесневелое зловоние, которое встретило его, поднимаясь навстречу. Приблизительно через двадцать ярдов он более не мог ступить ногой на твердую почву и дотянуться до окружающих земляных стен. Он покрепче сжал веревку в руке и посветил фонарем в темноту.

Шо упал в огромную пещеру, высотой от основания до потолка, по меньшей мере, сорок футов. Там было пусто, кроме огромной кучи мусора в одном углу. Веревка кончалась на расстоянии около двенадцати футов от земли. Он сунул фонарь под мышку, сделал глубокий вдох и разжал руку.