— Минутку, Ф'нор, — Ларад заступил бенденцу дорогу. — Я тоже возвращаюсь в Телгар. Асгенар, ты с нами?

Молодой лемосский лорд огляделся, растерянно улыбаясь.

— Пожалуй, и я домой… У меня в голове так и роятся вопросы, которые я хотел бы задать Айвасу, но кажется, сейчас мне их не сформулировать четко… Вернусь-ка я лучше утром вместе с Бендареком! Лорд Грох, который за все это время не произнес и пары слов, но был преисполнен чрезвычайной задумчивости, попросил Н'тона отвезти его обратно в Форт холд.

— Мы с Джейнсис останемся здесь, на случай, если проснется мастер Робинтон, — сказал Пьемур, обращаясь к Ф'лару и Лессе. Лицо его озарила плутоватая усмешка. — Обещаю не задавать все свои восемь тысяч пятьсот тридцать два неотложных вопроса сразу.

— Что ж, Айвас, тогда нам остается пожелать тебе доброй ночи, — произнес Ф'лар, обращаясь к темному экрану.

— Доброй ночи. — Свет в комнате убавился до тусклого полумрака. Только в левом нижнем углу экрана светился пульсирующий зеленый огонек.

Через два часа прибыли Джексом с Рутом, а вместе с ними — двое арфистов, Сибел и Менолли. Белый дракон был увешан мешками. Пьемур еще не спал — он только что прикончил кувшин с кла, принесенный мастером Эсселином. Джейнсис уже задремала.

— Завтра утром хоть кто-то из нас должен быть в форме, чтобы организовать народ, — сказала она молодому арфисту, — и у меня это получится значительно лучше, любовь моя. — Она поцеловала своего друга, чтобы подсластить пилюлю.

Пьемур не возражал. Шутливо запечатлев на лбу юной женщины отеческий поцелуй, он устроил ее на тюфяке в комнате, находившейся по соседству с той, где спал мастер Робинтон.

Несмотря на свое обещание не задавать никаких вопросов, Пьемур, вернувшись в помещение Айваса, понял, что с искушением ему не справиться. Однако он, как и Асгенар, никак не мог сформулировать ни единого осмысленного вопроса. Все же, взяв кружку и прихватив с собой кувшин с кла, он уселся на стул в полутемном помещении и отчаянно попробовал подобрать нужные слова.

— Айвас, — после долгих колебаний нерешительно позвал он.

— Слушаю, подмастерье Пьемур. — В комнате стало чуть светлее, так что юноша мог разглядеть необычного собеседника.

— Как ты это делаешь? — недоуменно спросил он.

— Панели, которые ты вместе с мастером Джейнсис откопал вчера, способны получать энергию от солнца. Когда они открыты солнечным лучам, достаточно всего часа, чтобы обеспечить систему питанием на двенадцать часов. — Отныне твои потребности будут расти с каждым днем, — фыркнул Пьемур.

— У меня вопрос. Имеете ли вы какие-нибудь устройства для генерирования энергии? Например, гидроэлектрические преобразователи?

— Гидроэлектрические? — безупречный слух Пьемура позволил ему в точности воспроизвести незнакомое слово.

— Это значит: преобразование в электрический ток энергии текущей воды.

— Мастер Фандарел использует у себя в Главном цехе кузнецов в Телгаре водяные колеса, чтобы приводить в движение большие молоты и кузнечные меха… Но слово «электрический» мне непонятно. Разве что это оно имеет отношение к тому, что Фандарел получает в своих кислотных банках.

— Кислотные баки? Ты имеешь в виду батареи?

Пьемур только плечами пожал.

— Не знаю, как он там их называет. Ведь я арфист. Но, что бы не значило слово «электрический», Фандарелу оно непременно понравится, если это целесообразная штука и сделанная по плану.

— А не похоже ли устройство мастера Фандарела на эту конструкцию?

— На экране внезапно высветился чертеж водяного колеса.

— Да, это оно… Но откуда ты узнал?

— Наиболее распространенный простейший вариант. Ты уже исследовал Посадочную площадку, подмастерье Пьемур?

— Знаешь, Айвас, вовсе не обязательно все время повторять мое звание. Зови меня просто Пьемур — этого вполне достаточно.

— Данная система не покажется неучтивой?

— Что до меня, то не бойся. Кое-кто из лордов, конечно, может и обидеться, но только не Джексом и не Ларад с Асгенаром. Госпожа Лесса бывает иногда слишком придирчивой, но Ф'лар, Ф'нор и Н'тон — отличные парни. А насчет Посадочной площадки — да, я ее исследовал. А что нужно было там искать?

На экране появился сложный механизм, установленный на реке, у подножия прибрежного холма.