Это был К-5958, и его судьба стала известна из французских документов. В 15.30 летающая лодка «Лондон» была перехвачена на высоте 6000 футов примерно в 2 милях от берега 2 истребителями Кертисс «Хок» из эскадрильи 2/5, базирующейся в Касабланке. Они взлетели в 15.16, когда «Лондон» был впервые замечен французами, и получили приказ перехватить самолет, уточнить его задание и выпроводить за пределы французского воздушного пространства. Головной истребитель пилотировал капитан Убер Монрайс. Оба истребителя быстро сблизились с английской летающей лодкой, которую сразу опознали как самолет типа «Лондон». Они сблизились с разведчиком, и тот открыл огонь, хотя не сумел причинить серьезных повреждений. Впрочем, когда Монрайс приземлился, были найдены пробоины в пропеллере и запасном топливном баке, по счастью пустом.

Оба французских истребителя летели с пулеметами, поставленными на предохранитель. Однако, попав под огонь, Монрайс привел пулеметы в готовность. Тем временем пилот «Лондона» бросил свою машину в пике, пытаясь скрыться. Это была напрасная попытка, так как юркий истребитель быстро нагнал его и открыл огонь, добившись по крайней мере 20 попаданий в 5 заходах. «Лондон» был просто изрешечен и тут же плюхнулся в море, взорвавшись, как только коснулся воды. Обломки быстро затонули всего в нескольких милях от мыса Эль-Ханк.

Подводная лодка «Амазоне» возвращалась из похода в надводном положении и видела все происходящее. Лодка быстро подошла к месту падения самолета и подобрала двух плававших там летчиков. Потом французы вытащили третьего, который страдал от судорог. Это были члены экипажа Симпсон, Харди и Грэхем. Симпсон был ранен пулеметной пулей, но остальные двое были целы. Не удалось найти никаких следов обоих пилотов, которые, судя по всему, утонули в разбитом самолете.

Во время допроса на борту подводной лодки оба здоровых летчика показали, что имели приказ открывать огонь, но Симпсон это категорически отрицал. В ходе организованного расследования действия капитана Монрайса были признаны совершенно правильными. Д'Аркур отправил сообщение в Гибралтар Норту с извещением о том, что «Лондон» сбит как нарушивший французское воздушное пространство. Он сообщил имена спасенных летчиков. Но произошло все это только 15 сентября.

Тем временем в Гибралтаре начали готовиться к самому худшему. В 17.22 на поиски пропавшего самолета вылетел «Лондон» К-5261, но ничего не нашел. Поиск возобновился на следующее утро, когда в 6.30 вылетел К-5909, а в 13.15 — L-7043. Последний самолет пилотировал лейтенант авиации Фаррер. Его едва не постигла та же судьба, так как он был перехвачен 3 истребителями (как позднее сообщили, 2 «Морана» и 1 «Кертисс»). Эти истребители производили ложные атаки, но огня не открывали, и летающая лодка ушла на максимальной скорости. После возращения летчики узнали о судьбе экипажа пропавшего самолета.

Соединение Н также попыталось помочь. 14 сентября в 18.3 °Cомервилл отправил эсминец «Энкаунтер» помогать в поисках. Эсминец направился в указанный район, но, получив сообщение адмирала Норта с рассказом о судьбе пропавшего «Лондона», последовал за «Ринау-ном» в Гибралтар. «Ринаун», «Хотспур», «Гриффин» и «Уишарт» вернулись на Скалу 14 сентября в 20.14, а «Энкаунтер» прибыл на следующее утро. Так завершился бесплодный поход.

Канадец МакКаллум был «симпатичным блондином». Он был прекрасным пилотом летающей лодки и командиром.

Однако, как и многие канадцы, он был склонен к неповиновению. Я подозреваю, что он погиб потому, что перешагнул границы допустимого. Он был женат, и его жена находилась на Мальте. Минчинтон был «высоким, спокойным молодым офицером. Хороший пилот и очень хороший товарищ. Я несколько раз летал вместе с ним», — вспоминал полковник Хорнер.

Сомервилл испытывал понятное возмущение по поводу всего этого.

А что Бурраге? Всю ночь и все утро 14 сентября он мчался дальше без всяких происшествий. Каннингхэм и де Голль остановили свои корабли посреди океана, чтобы обсудить, что им делать дальше, дав ему дополнительную фору. К полудню 3 легких крейсера бросили якоря в Дакаре. И лишь тогда «Скуа» с «Арк Ройяла» увидели эти корабли, впервые с того момента, как они прошли Гибралтарский пролив 3 дня назад. Они были украшены флагами расцвечивания, как на какой-нибудь довоенной регате, что было вполне естественно для французов, проделавших столь рискованное путешествие.

Что же в это время делали супер-эсминцы? Они заправились в Касабланке, приняли на борт грузы и личный состав, оставленные в порту накануне. 16 сентября они снова вышли в Дакар. Теперь французы обнаружили, что море пусто. 19 сентября они присоединились к своему адмиралу в гавани Дакара. Но эти переходы на большой скорости аукнулись одному из них. На «Фантаске» произошла серьезная поломка конденсаторов, и его пришлось немедленно поставить на ремонт. Из-за этого он не смог участвовать в боях в первый день операции «Менейс», когда война перешла в горячую фазу. Крейсер «Глуар» тоже надорвал свои машины. Это вскрылось позднее, когда 3 легких крейсера отправились завершать свой поход в Либре-вилль. Поломка на «Глуаре» произошла в критический момент, когда за ним гнался британский крейсер. После этого «Глуар» ушел из Дакара и из нашей истории.