– Мы их нашли, – объяснил молодой контрабандист. – Нашли, когда были в бегах, и спрятали в разных местах в лесу. Сначала нас было четверо, но потом, когда нас опять арестовали, четвертый… ну, он умер. А он был единственным, кто знал, где спрятаны остальные ящики. Поэтому мы ищем…

– Нас это не волнует, – перебил его Доктор. Он прошел мимо мужчин, остановился на краю пристани и просканировал пространство вокруг отверткой.

Контрабандисты выглядели растерянными. Молодой поглядел на Марту.

– Неужели тебе не интересно знать, что мы задумали? – спросил он.

– Не особенно, – призналась она. – Простите. Уверена, это чрезвычайно интересно, когда тебе лет восемь.

Контрабандисты переглянулись.

– И вы… даже не попытаетесь остановить нас? – спросил длинный.

– Не знаю, – ответила Марта. – Но вы же никому не причиняете вреда?

Контрабандисты дружно покачали головами, и она махнула рукой.

– Тогда продолжайте. Не обращайте на нас внимания.

Контрабандисты задумались, а потом принялись медленно подбирать рассыпавшиеся монеты, после чего взялись за ящики. Марта же подошла к Доктору.

– Что-нибудь есть?

Доктор вгляделся в темный тоннель.

– Вон там что-то есть. Оно явно требует исследования. – Понизив голос, он добавил: – Но нам нужна лодка.

Переглянувшись, они обернулись к контрабандистам. Те в ответ уставились на них.

– Тебе надо чаще практиковаться в шепоте, – пробормотала Марта.

– Джентльмены, – сказал Доктор, снова улыбаясь. – Небольшое изменение в планах. Как вы уже слышали, нам нужно воспользоваться вашей лодкой. Мы понимаем, что вы очень долго ждали возможности забрать это золото, и мы искренне сожалеем, если как-то вам помешали…

– Искренне сожалеем, – повторила Марта.

– Но, боюсь, наше расследование более важно. Однако позвольте вас заверить, что мы вернем лодку в идеальном состоянии, ну или в том, в каком она окажется, когда мы закончим. Откровенно говоря, она наверняка утонет.

– Наверняка, – повторила Марта.

– Вы не заберете у нас лодку без боя, – возразил длинный.

Доктор покачал головой.

– Ах, нет, насилие – не мой стиль. Если только не на мечах. У вас есть мечи? Нет? О! Люблю побегать, если честно. Дайте мне коридор, и я пробегу по нему так, что меня никто не догонит. Как насчет забега? Победитель получает лодку.

Молодой контрабандист похрустел костяшками пальцев.

– Никаких забегов, – произнес он. – Насилие.

– Гм, – сказал Доктор. – Итак, два голоса за насилие. Ну а вы что скажете, сэр? Вы еще не высказывались. Три голоса или ничего, согласны? Анонимное голосование. Сэр? Насилие или забег?

Третий контрабандист поднял взгляд.

– Ни то, ни другое. Если победите меня в игре умов, то возьмете взаймы лодку.

С величественной улыбкой он показал на низенький столик, на котором стояла шахматная доска.

– Как удобно! – радостно воскликнул Доктор. – Марта, я правильно понимаю, что один из Искателей Неприятностей играет в шахматы?

– Хэмфри, – кивнула Марта. – Его дедушка научил.

– Что ж, это вовсе не затруднительно! Я принимаю ваш вызов, сэр. Состязание умов! Настаиваю, чтобы вы ходили первым.

Контрабандист сел за шахматную доску и задумчиво потер подбородок. Но едва он коснулся одной из фигур, как Доктор прервал его:

– Мат.

Контрабандист удивленно уставился на него.

– Что?

– Мат, – повторил Доктор, забираясь в лодку. – Я выиграл. Я победил в тот момент, когда вы сели. В тот момент, когда вы предложили играть. В тот самый момент, когда праправнучатый племянник махараджи Шри Гупты научил меня этой игре, и она еще называлась чатуранга.

Поддержав Марту под руку, он помог ей ступить в лодку, а затем отвязал причальный канат.

Контрабандист поднялся.

– Вы не можете выиграть, не играя.

– Конечно же, могу, – ответил Доктор, хватая длинный деревянный шест. – Моя победа неизбежна, а раз так, зачем играть? Я никогда не проигрывал в шахматы. Правда, однажды я проиграл механическому псу, но это не считается. Оставайтесь на своих местах, мы вернемся мгновенно. Надеюсь.

Они оставили ошарашенных контрабандистов позади. Марта с трудом удержалась, чтобы не помахать им рукой. Она присела, а Доктор принялся толкать лодку по каналу.

– Никогда еще не сидела в гондоле, – с улыбкой сказала Марта. – Как романтично.

– Не гондола, – поправил Доктор, не оборачиваясь. – Ялик.

Улыбка Марты померкла.

– Точно.

Канал был освещен мерцающим светом факелов, торчащих в ржавых кронштейнах, которые были забиты в кирпичные стены по обе стороны. Марта вглядывалась в темную воду, наблюдая за плывущими листьями и сломанными ветками. Здесь было холодно.