— Большое спасибо, — сухо выдавила Айлин.

Допотопную газовую плиту ей удалось зажечь с третьей попытки, зато без помощи ненавистного майора. Айлин е довольной улыбкой бросила масло на сковородку и принялась открывать банку с грибами.

С остервенением кромсая ножом грибы, она представляла себе, что сделала бы с этим наглым типом, будь ее воля.

Масло угрожающе зашипело, начиная гореть. Айлин быстро сняла сковородку с огня и огляделась в поисках миски, где можно будет смешать омлет.

— Шкафчик слева, — участливо подсказал всевидящий Кларк.

— Спасибо.

Разбивая первое яйцо, Айлин так сильно ударила по нему ножом, что скорлупа раскрошилась, а содержимое растеклось у нее по руке.

— Черт, — выругалась она себе под нос.

Именно сейчас, когда ей особенно хотелось выглядеть умелой и ловкой, все получалось не так, как надо. Выловив из миски яичную скорлупу, Айлин остальные яйца разбивала уже осторожнее. Она добавила молока, кое-как взбила омлет вилкой, вылила смесь на сковородку и вывалила туда же грибы.

Смотрелось готовое блюдо не особенно аппетитно, и майор с искренним недоумением уставился в ее тарелку. Айлин уселась напротив, одарив его убийственным взглядом. Если он скажет хоть слово по поводу ее кулинарных способностей…

— Э… ты собираешься это есть? — спросил он с сомнением.

— Да! — подтвердила Айлин. — Что-то не так?

— Похоже, оно попало под обстрел гаубичной батареи.

— Я редко готовлю сама, — пояснила Айлин ледяным тоном. — Мы с Полом обычно едим в ресторане.

— С Полом? — переспросил Кларк. — Это твой друг?

— Мой… жених. — Айлин запнулась на слове «жених».

Она не привыкла называть Пола так. В журналистских кругах, где Айлин вращалась, сочли бы подобное словечко смешным и старомодным. Однако сейчас она получила какое-то странное удовлетворение, произнеся его вслух.

— Ты обручена?

Майор удивленно приподнял бровь.

— Да, — раздраженно бросила она. — А что в этом поразительного?

Он усмехнулся.

— Да нет, просто у меня сложилось впечатление, что ты терпеть не можешь мужчин.

— Некоторых могу, — со значением произнесла Айлин, давая понять, что майор Кларк не входит в их число.

— И какой у тебя критерий? — поинтересовался он.

Айлин решила ответить серьезно, хотя, если честно, Кларк этого не заслуживал.

— Мне нравятся мужчины нежные и заботливые, которые не боятся показать свои чувства. Которые разделяют мои интересы…

— Какие, если не секрет?

— Ну, например, искусство. Театр, балет…

Майор издал неопределенный звук, подозрительно похожий на пренебрежительный смешок, и положил в рот здоровенный кусок омлета.

— Твой Пол водит тебя на балет? — спросил он с набитым ртом.

— Да, — с гордостью проговорила Айлин. Она старалась сдержать раздражение, потому что понимала, что Кларк нарочно ее провоцирует. — А вы свою жену на балет не водите?

— Нет, если могу безболезненно этого избежать.

— Бедная женщина, мне ее жалко — выйти замуж за такого филистера.

— Филистера? — переспросил он. — Забавно, она тоже так меня называет.

Айлин почувствовала, что ей почему-то неприятно говорить о его жене. Не потому, что ей было какое-то дело до того, женат он или нет, просто в ее представлениях он не укладывался в категорию женатого мужчины.

— А у меня сложилось впечатление, что это вы терпеть не можете женщин, — язвительно ввернула она.

Он усмехнулся, пожав плечами.

— Ну почему же? Женщин я очень даже люблю. Когда они на своем месте.

— Да? — Каждое слово давалось Айлин с трудом. — И каково же их место? Кухня и спальня, наверное?

Он рассмеялся.

— Насчет кухни я не волнуюсь. — Он указал вилкой на остатки своего поистине царского омлета. — Я сам неплохо справляюсь с готовкой. А вот что касается спальни…

Майор вдруг вскинул руку, призывая к молчанию. Портативная переносная рация на столе перед ним зашипела и включилась. Он поднес трубку к уху, послушал пару секунд, а затем быстро ответил по-испански. Что именно он сказал, Айлин не поняла.