В течение следующих нескольких дней в доме собралась почти вся семья. Карлос по этому поводу язвительно заметил, что милейшие родственнички, наверное, перепутали виллу с гостиницей. Келли постоянно задавалась вопросом, почему он терпит их присутствие, если это так его раздражает. Но вскоре пришла к единственно верному выводу: Марко прав, его отец действительно получает удовольствие и от громких ссор, и от неизменных спектаклей. Оставалось надеяться, что столь бурный образ жизни не скажется на его давлении.

Келли также пришлось осознать, что предстоит отработать каждый пенни из ожидаемой зарплаты. Еще в Англии, в больнице, с Карлосом было много хлопот. Здесь же, у себя дома, где он привык, что каждый каприз немедленно выполняется, старик стал просто невыносим.

К счастью, средиземноморская пища, богатая свежими фруктами и овощами с его собственных ферм и приготовленная на натуральном оливковом масле, не создавала проблем с меню. Единственное, что хотела Келли, это ограничить страсть своего пациента к сладким пирожным с кремом, которые он поедал в огромных количествах. А вот стаканчик доброго красного вина перед обедом не очень ее беспокоил. Другое дело — эти ужасные сигары. Первую Карлос закуривал, как только просыпался, и потом смолил фактически весь день.

— Неужели вам нравится эта гадость? Вы курите одну за другой, — однажды, устав скрывать раздражение, сказала Келли.

— Я наслаждаюсь вкусом, — гневно парировал Карлос. — Я бы не курил, если б не нравилось.

— Время для упражнений, — напомнила Келли. Старик нахмурился.

— Опять крутить педали на этом чертовом велосипеде…

— Сегодня можете сменить тренажер, — предложила Келли, — Почему бы не попробовать греблю?

— Уж лучше сразу в гроб, — пробурчал Карлос, — Я не знаю, что за садист изобрел эти дурацкие агрегаты, но, надеюсь, он страдает так же, как и те, кого он заставил страдать!

— Пойдемте. Хватит ворчать. Всего лишь двадцать минут, слишком усердствовать не стоит. А потом я сделаю вам массаж.

Карлос пробормотал что-то еще, но Келли уже встала и сложила руки на груди. Ей не хотелось спорить. И Карлос сдался. Опираясь на палку, он неуклюже поднялся с кресла.

— Вы должны были мне помочь.

— У вас и так неплохо получается, — беззаботно произнесла Келли. — Вы же не хотите, чтобы я относилась к вам, как к инвалиду?

— Вы бессердечная женщина. — Карлос гневно сверкнул глазами. — Разве медсестрам не положено быть добрыми и заботливыми?

Келли рассмеялась.

— Вы сами захотели нанять меня на эту работу, — напомнила она ему.

— Ха! Я, должно быть, сошел с ума!

Беззлобный юмор — хороший знак.

Ничто не подсказывало, когда вернется Марко. Келли и не спрашивала. Со времени его отъезда прошло около двух недель. И вот однажды после утренней разминки они с Карлосом возвращались в свое крыло через террасу. Каково же было удивление Келли, когда она увидела Марко. Он сидел в плетеном кресле рядом с Хлоей и Пенелопой.

Сердце Келли глухо стукнуло. Наверное, переусердствовала в спортзале, попыталась она оправдать свое состояние. Марко смотрел, как она приближается, и Келли чувствовала себя неуютно под его пристальным взглядом. С прежней бесцеремонностью синие глаза задержались на ее стройных ногах. Девушка ответила взглядом, полным презрения. Да, на ней коротенькие шорты, и до сегодняшнего дня они казались ей вполне приличной одеждой.

Пенелопа, непроизвольно отметила Келли, выглядела скромно и застенчиво в прелестном розовом платьице в мелкий цветочек. Светлый образ девической невинности, неожиданно зло подумала Келли. Вот если бы она отбросила жеманство и перестала постоянно поправлять волосы…

— Доброе утро. — В голосе Марко звучала уже привычная насмешка. Надеюсь, вы не слишком… перетрудились?

Карлос хихикнул.

— Моя медсестра мастерски делает массаж, — сообщил он. Его темные глаза блестели. — Как она говорит, это лучшее средство, чтобы разогнать кровь.

— Уверен, так оно и есть. — Марко выразительно посмотрел на коротенькие шорты Келли.

— Боже мой, это звучит так бодро! — воскликнула Пенелопа. Ее взгляд задержался на Келли. — Вы вспотели?

— Леди не потеют, — поправил ее Марко, хотя продолжал смотреть на Келли. — Они просто чувствуют приятную теплоту.

— Я всего лишь разогрелась. — Келли решила принять вызов.

Во взгляде Марко промелькнуло что-то такое, отчего ее сердце бешено забилось. С такой силой кровь не пульсировала даже во время упорных занятий в спортзале.

— Апельсиновый сок. — предложил Марко и протянул руку, чтобы поставить возле столика плетеное кресло.

Карлос сел, положив трость на цветочную клумбу позади кресла.