— Не останавливаться. Двигайтесь медленно, как вам удобно, используйте ширину дороги, идите зигзагом, но не останавливайтесь. Смелее, ребятки, смелее!

Лучше вы, чем я, подумал он, забравшись в машину. Склон Мюрса — это семь крутых извивающихся километров — не то что подъем на Ванту, но вполне достаточно, чтобы вогнать в пот даже в такую погоду. Будет чудо, если сегодня ни один на сойдет. Подождав пяток минут, он тоже двинулся вверх по склону.

Велосипедисты растянулись больше чем на полсотни метров. Одни почти касались носами руля, другие с багровыми от напряжения лицами стояли на педалях. Те, кто еще мог дышать, плевались. Генерал, медленно проезжая мимо, как мог их подбадривал. Проехав половину пути, он прижался к обочине и вышел из машины.

— Осталось всего три километра, — кричал он, когда они ползли мимо него. — После Мюрса все время под гору. Франция вам салютует!

У Башира хватило духу ответить:

— Ступай в задницу со своей Францией.

— Как тебе угодно, — ответил Генерал, — но только не останавливайся. Мужайся, держись!

Он закурил и облокотился на машину, нежась на солнышке. Ни один не встал. Все относятся к делу серьезно.

На пути внизу было далеко видно и слышно, как все семеро радовались, что самое трудное позади. Оставив педали, они разогнули спины, восстановили дыхание, чувствуя, как перестают дрожать ноги, радуясь общей победе, дарили друг другу улыбки и ругательства, выкрикивали непристойности проезжавшему мимо Генералу и, как настоящие профи, лихо промчались по Горду. Совсем другое дело после выматывающего кишки подъема.

Вернувшись в сарай, все еще не остывшие от возбуждения, которое часто следует за неимоверными физическими усилиями, они пустили бутылку по кругу, вспоминая, каково пришлось легким и ногам.

— Ехали как чемпионы, все до единого. — Генерал, отхлебнув из бутылки, вытер усы. — Обещаю, что в следующий раз будет легче.

— Это и есть хорошая новость? — прокашлявшись, спросил Фернан.

— Нет. Хорошая новость — это то, что я прогулялся в «Кэсс д’Эпарнь», арендовал сейф и огляделся. — Посмотрев на их лица, улыбнулся, заметив, как Клод не донес бутылку до открытого рта. — Нормально, а? Мне бы не хотелось, чтобы вас поджидали неприятные сюрпризы.

— Правильно! — подтвердил Жожо с таким видом, будто ему все известно. — Нормально, факт.

Генерал достал свои наброски и заметки.

— Значит, так…

Когда спустя полчаса они заперли сарай и направились каждый в свою сторону, то почти забыли о натруженных ногах. Это утро придало всем хорошего настроения. Воскресный обед будет съеден с аппетитом.

Лондоном все больше овладевало праздничное настроение. Улицы, как обычно накануне Рождества, забиты транспортом, водители такси без конца бранятся и жалуются. В ответ на увеличившийся поток покупателей из пригородов Лондона Управление железных дорог сократило движение поездов. В «Хэрродсе» задержан вор, пытавшийся выйти в надетых на себя двух костюмах. Арестован водитель за сопротивление дорожной полиции, намеревавшейся отогнать машину с неположенной стоянки. Обещающее начало сезона добрых дел.

В штаб-квартире «Группы Шоу» должностные лица мужественно боролись с расстройством желудка — результат череды обязательных рождественских ленчей с клиентами. Для агентства прошедший год был чрезвычайно удачным, и в кабинетах, создавая атмосферу радостного предвкушения, витали мысли о значительных прибавках к окладам и более солидных автомашинах. Джордан, ожидающий большего, чем остальные, после услышанного от Саймона намека на дальнейшие перспективы, решил закинуть удочку и неторопливо направился по коридору к кабинету Саймона, держа в руках описание того, что, как он полагал, могло бы стать его рождественской премией.

— Есть лишняя минутка, старина?

Саймон жестом пригласил зайти.

— Дай только закончить с этим, и я в твоем распоряжении. — Подписав десяток писем, отодвинул их в сторону. — Порядок. — Он откинулся в кресле, стараясь скрыть изумление при виде широких ослепительно белых полосок на темно-синем костюме Джордана.

— На днях случайно встретил приятеля, — начал Джордан, — который порекомендовал мне довольно хорошую штуковину.

При этих словах он бросил на стол брошюру и, пока Саймон листал глянцевые листы, принялся, как обычно, выбирать сигарету. Прежде чем закурить, постучал по крышке портсигара удостоенной внимания сигаретой.

— Хорош зверь, а? «Бентли турбо». И к нему все, что надо.

— Приличная машина, Найджел, — согласился Саймон. — Очень удобна для поездок за город. И сколько за такую просят?

— Примерно столько, сколько за приличную квартирку в Фулхэме, и то если повезет достать. Список на очередь длиннее твоего стола. Довольно выгодное помещение капитала. Знаешь, люди разбираются, что к чему, — закончил он, пуская колечко дыма в кондиционер.

Саймон улыбнулся. Как легко осчастливить таких, как Джордан.

— Насколько я понял, мы обдумываем помещение капитала?

— Как раз к этому подхожу. Моего приятеля сильно подвели. Клиент, между прочим, видная шишка в «Ллойдс», заказал машину полтора года назад, а теперь сидит на мели.

— Не может оплатить машину?

— Бедняге повезет, если останутся запонки. — Джордан, приняв серьезный вид, помолчал. — Гиблое дело, в долгах как в шелку. — Грустная маска исчезла. — Между прочим, мой приятель, чтобы побыстрее продать, готов сбросить десять тысяч.