Мы не спали всю ночь. Немногочисленные прохожие, решившие в поздний час выгулять собаку на пустыре за домом, в котором мы с Лехой снимаем квартиру, с удивлением могли наблюдать, как четверо человек бегают туда-сюда по влажной от недавно прошедшего дождя траве со странными приспособлениями в руках. Маша изображала цель, держа в руках маячок, я и Леха осваивали собранные вручную параболические антенны. Леха гений – потому что эти странные штуки (вообразите себе блюдо для пирожных, из середины которого торчит непонятный штырь, а к тыльной стороне прикреплена ручка от теннисной ракетки, из которой еще и тянутся провода к наушникам на голове) работают!

В общем, к тому времени, как зайчик вышел погулять, охотники уже успели обложить его со всех сторон…

Судя по звуку, к столику возвращается официантка с шампанским. Мы с Лехой слышим звон выставляемых на стол бокалов, затем в бокалы льется алкоголь.

– За встречу! – говорит Вадим, когда официантка удаляется. – Я чертовски рад тебя видеть!

Ни дать ни взять – свидание старых любовников, которые после долгой разлуки наконец-то снова обрели друг друга! Леха, глянув на меня, качает головой и усмехается.

– У меня для тебя подарок… – говорит Маша. Удивляюсь, как ей удается сохранять хладнокровие. Будь я на ее месте, я бы уже давно разбила о голову Вадика принесенную бутылку шампанского. А Маша – ничего, она лезет в сумочку и протягивает Вадику смешного плюшевого зайца с грустными глазами. – Я купила его в Риме. Он как-то по-особенному глянул на меня с витрины. Я заплатила за него, вышла из магазина и представила, как вручу его тебе, когда все закончится и мы сможем встретиться в Москве. Или еще где-то…

– Спасибо… – говорит негромко Вадик. Думаю, он с удивлением рассматривает ушастое проявление Машиной сентиментальности.

Когда-то давно мама научила меня неплохо владеть иголкой и ниткой. Если постараться, я могу сымитировать самый аккуратный фабричный шов. Даже если вооружитесь лупой, вы не сможете понять, что мягкое брюхо плюшевого зайца было аккуратно распорото, чтобы поместить в его ватную глубину небольшой радиомаячок…

– Я знаю, что твой день рожденья только завтра, – произносит Маша. – Но… Завтра, возможно, я не захочу дарить тебе подарков.

Да, да, да. У Вадима завтра день рожденья. Сам себе подарок он уже сделал, теперь наша очередь!

– Спасибо… – говорит Вадик, не ожидавший такого теплого к себе отношения.

– Я была в банке, – сообщает Маша спокойно. – И нашла там вот это… – по сценарию, сейчас Маша демонстрирует Вадику оставленную им в банковской ячейке фотографию. – Чрезвычайно романтично! Вот только… весьма странно, что кроме этой фотографии в ячейке ничего не было. Как ты думаешь, как такое могло случиться?

– Я не смогу тебе сейчас всего объяснить… – в голосе Вадима я слышу неожиданное смущение. – Но даю тебе слово – совсем скоро ты все поймешь… И… пожалуйста, оставь фотографию у себя. Я очень этого хочу…

Какое-то время в наушниках царит тишина.

– Послушай, зачем вся эта мишура? – не выдерживает Маша. – Ты украл деньги. Ты придумал историю про смерть Савельева. Так зачем обставлять собственное предательство таким театральным образом? Свалил бы в неизвестном направлении, и дело с концом!

– Повторю – сейчас я не могу тебе ничего объяснить, но скоро ты все поймешь!

– Я не собираюсь ничего понимать, – злым шепотом говорит Маша. – У тебя есть ровно двадцать четыре часа, чтобы положить всю сумму – за вычетом своей доли – обратно в ячейку банка.

– Иначе что? – фамильярно спрашивает Вадим. – Вы искрошите меня в лоскуты, так же, как мой «форд»?

– Иначе – искрошим. Завтра вечером, ровно в пять, я приеду в банк. И если денег там не будет – мы найдем способ тебя достать. И поверь мне, я до сих пор не расцарапала тебе лицо лишь потому, что… питаю к тебе некую слабость. Ну, ты понимаешь. До завтра, сладкий!

Если что, мы вовсе не собираемся ждать до завтра…

Маша встает из-за столика.

– Уже уходишь? – пытается зацепить ее Вадим. Маша его не слушает, складывая в сумочку телефон и еще какие-то вещи. – Передавай всем привет! И, кстати, мне очень понравилась наскальная живопись на стене в моей квартире!

Ясно. Вадик успел заехать домой… Интересно, на чем он передвигается?

Маша выходит из кафе, демонстративно садится в заранее припаркованный под самыми окнами автомобиль и уезжает в сторону Чистопрудного бульвара. Вот только до бульвара она не доедет – свернув на площади Покровских ворот, она вернется, оставит машину в каком-нибудь из переулков и придет к нам пешком. Сегодня вечером нам не нужен красный «мини-купер».