— Если это касается Молли…

— Нет. — Выражение самоуверенности куда-то испарилось с лица Джоша. — Это касается Прис.

Алек моргнул.

— Прис? — Джош уже несколько месяцев не упоминал имени бывшей подруги — с тех пор, как она заявила, что выходит замуж. Джош делал вид, что ему наплевать, но Алек знал, что это не так. — А что с ней?

— Не знаю, зачем она так поступила, но она заказала у нашей фирмы поездку до церкви и обратно.

Алек в душе согласился, что совпадение довольно странное.

— Возможно, она просто доверяет нам, — пожал он плечами.

— Да? Тогда какого черта она изо всех водителей выбрала меня? По-моему, это просто свинство с ее стороны.

Если бы Алек не знал Джоша так хорошо и так долго, он вряд ли заметил бы горечь, прозвучавшую в голосе Джоша.

— Вариантов два: или она мстит тебе, или у нее просто извращенное чувство юмора.

— Как бы то ни было, я в ее игры не играю и был бы тебе признателен, если бы ты подменил меня. И не обязательно сообщать об этом Прис или Эдгарсу.

— Когда церемония?

— В следующую субботу.

— Без проблем.

— Спасибо, приятель. И прости, что не смог подменить тебя сегодня. Позвонила моя сестра — племянник сегодня получает какую-то на граду в школе. Она собирает по этому поводу весь клан.

— Джош, все в порядке. — Узнав о пропущенном экзамене, Алек понял, что пора немного привести свою жизнь в порядок. Конечно, ему будет плохо без Молли, но он не собирался заваливать эту сессию. — Спасибо, что сказал мне насчет экзамена. Передавай привет Сьюзан и всей семье.

— Обязательно. — Джош широко осклабился и ушел.

Алек еще несколько секунд смотрел на закрытую дверь. Не знай, он Джоша, мог бы сказать, что у того еще остались какие-то чувства к Прис. Однако в прошлом году, когда она намекнула ему, что пора бы подумать о свадьбе, Джош пошел на попятный, и Прис осталась с разбитым сердцем. Возможно, эта свадьба призвана доказать всем — и Джошу в особенности, — что их роман остался в прошлом. Но каковы бы ни были ее побуждения, Алек не мог допустить, чтобы она причинила боль его другу.

Молли сидела и считала минуты до прихода Алека. В четверг она сказала ему, что у нее полно дел, но это была ложь. Молли стеснялась признаться ему, что хочет весь этот день провести с ним в постели, поэтому она оделась для выхода в город, искренне надеясь, что им все-таки удастся погулять. Она выбрала короткую широкую юбку, усыпанную цветами, и блузку цвета молодой листвы. Широкополая соломенная шляпа должна была дать понять Алеку, что они собираются выйти на улицу.

В половине второго черный «блейзер» припарковался у ее дома. С бешено скачущим пульсом Молли схватила сплетенную из соломки сумочку и выбежала на порог.

Они с Алеком встретились на середине дорожки. Алек сгреб Молли в объятья.

— Господи, Молли, ты не поверишь, как я по тебе скучал.

Молли сглотнула.

— Возможно, и поверю.

Она дрожала, размышляя о том, что им, наверно, стоит пойти в дом и перестать притворяться цивилизованными существами.

Взгляд Алека метнулся к ее шляпе.

— Похоже, ты не шутила, когда говорила о делах.

Нет, шутила! И я хочу тебя прямо сейчас!

— Да, мне надо купить подарки для родителей. — Похоже, «подарки для родителей» стали ее коронной отговоркой.

На щеке Алека дернулся мускул.

— Ладно. Тогда поехали.

Поддерживая Молли за локоть, Алек повел ее к машине. Крылья «блейзера» были в пятнах ржавчины из-за соли, которой зимой посыпали дороги Новой Англии, но остальная часть машины блестела после недавней мойки и полировки. Молли не могла оставить этот факт без внимания.

— У тебя хорошая машина, — заметила она, снимая шляпу, чтобы не зацепиться за край крыши.

— Особенно учитывая, что ей давно пора на покой.

Алек открыл дверцу и помог Молли сесть в «блейзер» так же элегантно, словно на его месте был лимузин. Молли поставила сумку на пол, а шляпу положила на колени. Она заметила, что автомобиль был вычищен и изнутри, на обтяжке сидений не было ни пятнышка. И это все из-за нее, на тот случай, если бы она собралась куда-то поехать.

Алек забрался в машину и захлопнул дверцу.

— Может, и не стоит этого делать, но иначе я не могу.

Он наклонился и поцеловал Молли.

В ту же секунду она забыла обо всем на свете и притянула его ближе к себе. Алек застонал, но, прежде чем поцелуй перешел в нечто более серьезное, он отстранился, прочистил горло и завел двигатель. Мягкие звуки джаза, их любимой музыки в поездке, наполнили машину. Алек позаботился и об этом.