Фейриль сделала знак главному дергару и с удовольствием наблюдала, как трое дворфов выдвинулись вперед. Повинуясь ее кивку, они высоко подняли топоры и обрушили их на Верховную Мать Меларн. Фейриль услышала, как позади Квентл издала сдавленный крик протеста, но не обратила на это внимания.

Дризинил только что-то невнятно пробурчала, когда лезвия трех топоров вонзились в ее тело. Кровь хлынула потоком, и глаза дроу расширились от ужаса и боли, но она не могла реагировать на происходящее по-другому. Дергары вырвали свои топоры и приготовились нанести еще серию ударов, но Фейриль остановила их. Она желала насладиться мучениями Дризинил.

– Ты больше никогда не посмотришь на меня свысока, жирная рофа.

Красные глаза Дризинил моргнули и еще больше расширились. Казалось, она готова была умолять Фейриль о прощении, но юная дроу лишь улыбалась и, держа руки на поясе, наблюдала, как вокруг неподвижного тела Верховной Матери расползается лужа крови. Дризинил содрогнулась, и ее глаза начали стекленеть. Несколько мгновений дыхание умирающей было прерывистым, а затем остановилось. Безжизненные глаза Дризинил Меларн уставились в пустоту.

Фейриль повернулась к Квентл, на глазах которой убили Верховную Мать. Верховная жрица казалась одновременно напуганной и взбешенной. Посланница подошла к ней ближе и улыбнулась.

– Не сомневайся, им сообщат, что тебя поймали при попытке скрыться, хотя ты и я будем лучше знать, что произошло на самом деле. Вы с Джеггредом подвергнетесь наказанию точно так же, как я когда-то в Мензоберранзане. Ты не довольна? Вместо того чтобы умереть прямо сейчас, ты насладишься гостеприимством Дома Зовирр. Тебя любезно развлекут, так же как развлекла меня твоя сестра.

Фейриль с яростью выплевывала из себя слова, улыбка исчезла с ее лица. Ненависть и страх волной поднялись к ее голове.

– А что касается тебя, мерзкое, вонючее животное, – произнесла Фейриль, обращаясь к Джеггреду, – то я позабочусь, чтобы ты испытал настоящую боль.

Дреглот озлобленно сверлил посланницу глазами, но она заставила себя решительно смотреть на тварь в течение трех долгих вдохов и выдохов, прежде чем отвернуться.

– Грюхерт, – позвала Фейриль, ища взглядом одного из братьев в толпе дроу. – Я хочу тайно транспортировать этих двух в главную башню Дома Меларн.

Грюхерт объявился и ответил сестре:

– Надо переправить их безопасным способом.

– Я могу сделать это, – сказал другой волшебник, подходя к демону вплотную.

Достав из кармана несколько предметов, маг прошептал заклинание, и огромный белый пузырь скрыл дреглота. Следуя указаниям мага, четверо охранников с неожиданной легкостью подняли шар и понесли его в другую часть склада.

Очень быстро такое же заклинание сотворили для Квентл, и еще четверо дроу вынесли ее молочно-белый шар.

Фейриль повернулась к главарю дергаров и уточнила:

– Капитан… Ксорнбэйн, если не ошибаюсь?

Серый дворф, который отдал распоряжение убить Дризинил, кивнул.

– Насколько я знаю, теперь следует незаметно провести ваш отряд в Дом Меларн.

– Вы правы, – ответил дергар, нетерпеливо сложив руки на груди.

– Все ли приготовления сделаны?

– Да, – отчеканил дергар, затем развернулся и отправился вслед за матерью Фейриль, оставив дочь дымиться от ярости за его грубость.

Вернулся Грюхерт.

– Мы готовы начать движение к Дому Меларн, – сообщил он сестре. – Мать хочет, чтобы ты пошла впереди. В таком случае мы не вызовем подозрения, если отряды Меларн объявятся, когда мы будем пересекать портал.

Фейриль скривилась, но кивнула. Она совсем забыла, что когда она в последний раз находилась в городе, то всецело подчинялась власти матери. «Все же это лучше, чем находиться в полном распоряжении Квентл, – решила она. – Намного лучше».

Алиисза лежала рядом с магом, с удовольствием шевеля пальцами ног. Еще какое-то мгновение назад она чувствовала невообразимый восторг, который отнюдь не был только физическим наслаждением. Она нашла Фарона достаточно остроумным, сильным и умным дроу.

– Как получилось, что ты так не похож на остальных представителей твоей расы? – поинтересовалась алю, перекатываясь к нему поближе и начиная водить белоснежными пальцами по его стройным черным рукам, явно наслаждаясь контрастом. – Все темные эльфы, которых я встречала, отличались степенностью и скукой. Ты же, наоборот, заставляешь меня смеяться.

Фарон, растянувшийся на спине, подложив руки под голову, улыбнулся:

– Думаю, я просто невезучий.

Алиисза в замешательстве сдвинула брови и переспросила: