– Опять? – вздохнула Триль. – Ладно, я поговорю с ними еще раз.

– Знаешь, – добавил Громф, – Дому Бэнр не помешает послать несколько дополнительных воинов в случае чего. Выказать свою преданность городу и тому подобное.

– Правда? Ты считаешь, мы можем себе это позволить?

– Я видел двух таких, которым нашлось бы лучшее применение, прямо за дверью, – ответил Архимаг, окидывая сестру последним, значительным взглядом.

– Объясни мне еще раз, что я получу, доверяя тебе, – попросила Квентл, отрывая полоску вяленого рофьего мяса.

Семеро дроу спрятались в столовой, расположенной в заброшенном крыле Дома Меларн. Один Джеггред больше не был голоден, насытившись в темнице.

Наблюдая, как дреглот вылизывает себя, Фарон подумал, что Фейриль умирала долго. Магу пришлось нелегко, когда он попытался изгнать из памяти образ дроу, все еще шевелящейся и видевшей, как дреглот приступает к своему пиршеству.

Рилд и Вейлас охраняли дверь, очевидно опасаясь за выбранный путь. Грохот снаружи на время прекратился, но Фарон не был уверен, хорошо это для них или плохо. Если сражение подавили так быстро, то это всего лишь вопрос времени, когда Ссиприна начнет искать их. Он тоже желал как можно скорее убраться отсюда.

Квентл продолжала поглощать еду, а Халисстра поджала губы и попыталась еще раз доказать свою полезность мензоберранзанцам.

– Я помогу вам выбраться из Дома незамеченными, – сказала она. – Мне известны лучшие пути. Если по дороге мы встретим кого-либо из охранников Ссиприны, я смогу устранить их без шума. Вам выгодно иметь нас двоих при себе, чтобы уцелеть, пока вы находитесь в городе.

Квентл кивнула, пережевывая пищу.

– Возможно, – согласилась она, помедлив, чтобы отпить из бурдюка. – Или, возможно, вы просто хотите вывести из руин нужной вам дорогой, войдя к нам в доверие, а затем передать в руки Ссиприны. Насколько мне известно, ты все еще считаешь меня ответственной за убийство твоей матери или, по меньшей мере, злишься за мои намерения.

Халисстра закатила глаза, так чтобы Квентл не заметила этого, и пораженный Фарон подавил улыбку.

«По крайней мере, я не единственный, кто временами находит ее невероятно раздражающей», – подумал он.

– Конечно, все сказанное может быть правдой, – ответила Халисстра, – но тогда мне было бы невыгодно спасать тебя, когда Ссиприна уже зажала тебя в своих тисках, разве не так?

– Хм, – с сомнением промычала Квентл, откусывая очередной кусок. Она закончила жевать и глянула на Фарона: – Каково твое мнение?

Мастер Магика выпрямился, удивленный, что ей понадобился его совет.

«Видимо, когда ты окружен более серьезными врагами, – решил Фарон, – менее серьезный враг кажется другом».

– Ну, пока они не дали повод для сомнений, – ответил он. – За исключением их наследственности. Невзирая на то, склонна ли ты доверять темному эльфу – темному эльфу из Дома, который ты недавно намеревалась предать, – наши шансы спастись без них несколько сократятся.

Квентл состроила магу гримасу.

– Ты подумал нужной частью тела? – с иронией поинтересовалась она, кивнув в сторону Данифай, которая прислушивалась к обсуждению, сидя на другой стороне софы.

Оказавшись замешанной в разговор, она кротко опустила глаза и сложила руки на коленях. Фарон усмехнулся.

– О, несомненно, госпожа Бэнр, – сухо ответил он. – Ничто не может порадовать меня в пути больше, чем дополнительная компания женщин, всегда готовых указать, как что-то следует делать, или дружески намекнуть на то, как я могу улучшить свои манеры для блага окружающих.

Халисстра удивленно вскинула бровь, и маг снова вспомнил, что она не привыкла к его манере обращения с Квентл.

«В этом случае, – подумал Фарон, заметив хмурый взгляд Квентл, – верховная жрица сама не привыкла к моей манере».

Взяв слегка примирительный тон, Фарон добавил:

– Со всем подобающим почтением, безотносительно того, какую часть тела я в данный момент использую для обдумывания этого вопроса, хочу сказать, что мы, несомненно, выиграем, доверившись им, и почти ничего не потеряем, по крайней мере, сейчас. Спросите меня еще раз через полчаса, и, может быть, мой ответ будет прямо противоположным.

Квентл задумчиво пережевывала мясо, однако Фарон не был уверен, раздумывает ли она над его словами или решает, позволить ли Джеггреду разорвать его на части.

– В любом случае, – закончил он, – мы можем обезопасить себя, держа их при себе, под пристальным вниманием. Если они заманят нас в ловушку, мы сможем договориться с Ссиприной Зовирр… и обменять их на нашу свободу. Только если не скажем Верховной Матери, что произошло с Фейриль, – прибавил маг, усмехнувшись.

Хмурый взгляд Халисстры сказал Фарону, что она находит отвратительным как его чувство юмора, так и его убедительный план, однако Квентл казалась удовлетворенной.