— Кому что? — спросил принц, придирчиво оглядывая наемников.

— Да, — с сожалением причмокнул Римбун, — так и знал, что до битвы хорошего оружия не получу. Барахло одно. Про доспехи я вообще молчу.

— Это лучшее из того, что было, — вздохнул Тиир. — Удивляться не приходится. Никогда не видел, чтобы войско набирали перед битвой. Чего уж тут на качество оружия пенять?

— Бывает и хуже, — процедил сквозь зубы Свам. — Когда копаешься на огороде, поднимаешь голову и видишь, что из леса к твоему дому скачут или авглы, или радды, или еще какая пакость. Тут уж и лопата сойдет за оружие. Возьму-ка я вот эту дубинку. Ни мечом, ни копьем размахивать не умею, а ею приложить смогу.

— Это тебе не дубинка, а палица! — плюнул Римбун, выуживая из кучи огромный топор. — Нет тут хорошего меча. Что ж, поработаю дровосеком.

Поднялись и остальные крестьяне, вытащили кто топор, кто меч без ножен, кто копье, больше напоминающее сточенную до черенка лопату.

— Кто ж довел его до такого непотребства? — огорчился Варк, рассматривая зазубренный, изъеденный ржавчиной меч. — По виду так им целый легион раддов был зарублен.

— Камней много, приводи в порядок, — бросил Тиир.

— К лекарю надо вести вот этих, — показал Саш на босых крестьян. — Марг приказал.

— Значит, пальцы натертые отрубать пока не будет, — кивнул Тиир. — Что ж, пошли! Римбун, так тебя зовут? — обратился он к великану.

— Пока не переименовали, — прогудел здоровяк.

— Побудь тут старшим.

Едва друзья отошли от костра, миновали несколько шатров, привыкли к сгустившейся тьме, как на берегу Аммы вновь блеснули костры, и среди повозок, конского ржания и гомона Саш заметил знакомый тент.

— Леганд, — прошептал он, стиснув плечо Тиира.

— Вижу, — отозвался принц, подталкивая вперед прихрамывающих крестьян. — Только не бросайся к нему в объятия. Тут шпионов и соглядатаев через одного. Попомни мои слова, в нашей дюжине Свам уж точно не просто так гноем исходит. Специально прощупывает. Ничего. В первой же схватке все на свои места встанет.

— Еще, что ль? — делано возмутился Леганд, едва увидел пробивающихся к нему через толпу Тиира и Саша. — И опять ноги? Ну что тут будешь делать? Линга! Йокка! А ну-ка и этих в общую очередь!

Саш пригляделся к согнувшимся у костра фигурам и едва удержался от смеха. И Йокка и Линга более всего напоминали пожилых рабынь, стесанных непосильным трудом до одинаковых потрескавшихся на морщины лиц. В довершение впечатления неприятным запахом тянуло из толпы измученных людей, приготовивших для осмотра кто сбитые в кровь ноги, кто гноящиеся нарывы, кто язвы.

— Вот, — негромко прошептал на валли старик, мазнув под носом Тииру и Сашу желтоватым составом, — чтобы не задохнуться. Воняет-то не от больных, а от девчонок наших. Уж как Йокка сопротивлялась, зато теперь я хоть отлучиться от повозки могу, зная, что ни один из легионеров на них не позарится.

— Да, — вздохнул Тиир. — И это войско? С такими воинами на раненых рассчитывать нечего. Будут только трупы.

— Как знать, — покачал головой Леганд, отводя друзей в сторону. — Я уже тут переговорил со старожилами. Моя бляха просто чудеса делает. Оказывается, что подобные знаки с прошлой войны не выдавались, так что я здесь в почете великом. Наш легион на трупы и рассчитан. Настоящие легионы император беречь будет. Зато и командиры остальных легионов, почти все его генералы, не из знатных родов вышли, а как раз через этот легион и прошли.

— Что-то меня не прельщает судьба генерала, — пробормотал Саш.

— А что? — изобразил удивление Леганд. — Не самая плохая судьба. Если, конечно, император за какую-нибудь провинность голову не снесет.

— Что делать будем? — спросил Тиир. — Понятно, что война с Аддраддом — это не грабеж салмских деревень, можно и меч из ножен вытащить, но дальше-то что?

— Туда нам надо, — махнул рукой на запад Леганд. — В Холодную степь, к деррским лесам, к Плежским горам. Туда, куда враг унес светильник Эла! Так что хотим мы или не хотим, но с легионами императора нам пока по пути.

— Что ж, — задумался Тиир, — по пути — значит по пути.

— Выходит, все-таки светильник Эла? — переспросил Саш. — Ведь ты сомневался.

— И продолжаю сомневаться! — кивнул Леганд. — Но кое-что мне удалось узнать. Страшные дела творятся в городке. Не меньше варма священников посадили на колья. Благо причина есть — не уберегли реликвию. Только о светильнике император не знал еще, а легионы уже с заточенными кольями явились! И священников имперских в мантиях с пурпурной каймой полно пригнали. Да и казнили из храмовых только тех, кто годами стар, либо телом пышен. Кто сражаться не может. А из остальных сейчас одно чудовище составляет когорты для сборного легиона.