— Ешь. Пей. Спать.

Роди сел на песок и набросился на еду. Мясо оказалось жестким, с горьковатым привкусом, а вода едва ли не тухлой. Плевать. Он знал, чего хочет — бежать, — и собирался добиться этого любыми способами.

Но утром он снова едва мог передвигаться без чужой помощи. Мутант дотащил его до края лагеря и оставил на целый день. Как и прежде, Роди сумел за день вычистить вторую треть шкуры и вечером чувствовал себя намного лучше, чем утром.

В тумайнаке его опять ждали жилистое мясо, вонючая вода и дымный костер.

Роди заснул сразу. Для размышлений в его распоряжении был целый день, ночью он собирался отдыхать.

На следующее утро повторилось то же самое: слабость, нехватка дыхания, туман в голове. Он не понимал, почему с ним такое происходит. Вроде бы спал и питался, пусть не вдоволь, но в любом случае не должен чувствовать себя беспомощным младенцем… Это начало злить Роди. Если так будет продолжаться, ни о каком побеге и речи быть не может. А ведь где-то там, на Илистой шахте, его ждет Айза. И Шави наверняка уже не раз задавался вопросом, что стало с его единственным другом. А он тут… скоблит шкуры для мутантов и не способен сделать десятка шагов, чтобы не упасть. Былая решимость стала улетучиваться, уступая место обреченности.

Конвоир пришел с наступлением темноты:

— Идти! — Он не собирался помогать пленнику, будто знал, что сейчас тот и сам справится, хотя утром сразу хватал за рубаху.

В тумайнаке, когда мутант начал разжигать костер, Роди набрался смелости и попросил:

— Можно не зажигать? Я не замерзну, а от дыма дышать нечем.

Мутант наскочил на него с бешеным огоньком в глазах, отшвырнул к стене и прошипел сквозь оскаленные зубы:

— Нельзя! Погасишь… — Он провел пальцем по горлу. — Ешь. Пей. Спать.

Мутант вышел, а Роди остался выполнять его приказания.

Два последующих дня он разделывал убитых на охоте мутафагов: вычищал внутренности, сдирал шкуры, нарезал мясо для сушки. Потом клан совершил дневной переход на новое место, и Роди пришлось утром снимать, а вечером ставить тумайнаки.

Его физическое состояние не менялась: каждое утро он едва ходил, а к вечеру мог даже бегать. Однажды он попробовал заговорить с сопровождающим мутантом про своего дядю, но добился только удара в ухо.

Потом его поставили чинить шипастые волокуши. Роди сразу вспомнил, где он видел такие — во время злополучного нападения на Илистую шахту, с которого начались все его несчастья. Мутанты поднимали волокушами пыль, чтобы укрыться от выстрелов обороняющихся. И если они понадобились клану сейчас, значит, готовится еще одно нападение. А шахта как раз должна располагаться на расстоянии дневного перехода.

Сердце учащенно застучало в груди. Он снова оказался недалеко от Айзы. И пока Роди закреплял кривые ржавые зубья, у него появился план — рискованный, опасный, но если ничего не предпринимать, он так и останется рабом, пока не сдохнет или не покончит собой от отчаяния.

Когда конвойный вел его вечером к тумайнаку, Роди собрал волю в кулак и позвал:

— Эй, ты!

Мутант не остановился и не оглянулся. Тогда Роди снова позвал:

— Эй, мутант! Я с тобой разговариваю.

Конвойный развернулся и, не говоря ни слова, врезал кулачищем Роди в лицо. Он упал. Если бы это произошло утром, то, скорее всего, так и остался бы лежать, но вечером силы возвращались. Поэтому Роди поднялся, вытер кровь с разбитых губ и дерзко посмотрел на мутанта:

— Я знаю, вы собираетесь напасть на Илистую шахту.

Очередной удар бросил его на песок.

— Молчать! Идти! — прорычал мутант.

— Хорошо, хорошо, — согласился Роди. — Но скажи своему вождю, что я знаю, как проникнуть на шахту без боя и сохранить воинов.

После третьего удара он поднялся уже с трудом. Кивнул, показывая, что понял, и зашагал к тумайнаку.

Заснуть никак не удавалось. Роди переживал, передаст ли мутант его послание вождю клана. Если не передаст, нужно будет придумать, как заставить его это сделать. В голову не приходило ничего другого, кроме как последовать примеру казненного охранника. Но стоило об этом подумать, перед глазами сразу появлялся распятый и выпотрошенный труп. И Роди решил оставить этот вариант на самый крайний случай.

К великому разочарованию, наступившее утро ничем не отличалось от предыдущих. Его отвели к волокушам. Оставляя его, мутант обронил:

— Закончи этим днем.

Видимо, завтра волокуша понадобится.

— Ты сказал вождю?

Мутант молча зашагал прочь.

— Вот скотина! — едва слышно проговорил Роди.

У него был срок до вечера, чтобы добиться встречи с вождем. За все время, что он находился в плену, ему ни разу не удалось увидеть предводителя клана. Зато Роди знал, где находится тумайнак вождя — к его установке пленника не допустили. Чуть позже можно попробовать подойти и заговорить напрямую, пусть даже через опущенный полог. Хотя это, наверное, даже более рискованно, чем вариант с ценностями в мешке.