В их с милордом команде разговаривать разговоры было не по Роиковой части. Получится ли у него убедить Либера в том, что в консульстве — безопасно? Ведь у милорда не получилось. Видимо, придется попробовать. Он посмотрел вверх.

— Это еще что такое?

Бетонная передняя стена здания отбрасывала пульсирующие вспышки голубого света.

— Здесь голубой свет используется чрезвычайными службами, — обеспокоенно пояснил Йоханнес.

— Поехали ко входу.

Прибыв ко входу, они увидели пару санитаров в голубых халатах и брюках. Те выкатили гравиплатформу из заднего люка флаера без опознавательных знаков и поспешили в фойе здания сквозь сдвижные двери. Оба здоровяки, один высоченный, а у второго, похоже, все предки (с обеих сторон) были борцами. Разве чрезвычайные службы не посылают по неотложным вызовам женщин? Видимо, не всегда. Работая по двадцать четыре часа в сутки и познакомившись с обязанностями охранника в родовом гнезде Форкосиганов и двух других официальных резиденциях милорда, перестаешь чему-либо удивляться.

— Жди меня здесь.

Роик выскользнул из их собственного флаера и, подойдя к другому аппарату, заглянул внутрь. В заднем люке не было стекла, но его оставили незапертым. Весьма неосторожно со стороны санитаров — мало ли, что может случиться с лекарствами и дорогостоящим оборудованием? Роик открыл дверь, заглянул внутрь и поднял к губам комм на запястье:

— Интересное дело, Йоханнес. А ларчик-то пуст. Никакая это не «скорая помощь», обычный флаер.

— Ого.

— Зайду-ка я в дом, перехвачу этих парней на выходе. Прикрой меня из флаера.

Роик все никак не мог составить в голове цельную картину происходящего, но какие-то догадки уже вырисовывались.

В фойе сидела взволнованная девушка-администратор. Когда Роик вошел, она вглядывалась в глубь коридора.

— Что здесь происходит? — спросил Роик.

— Похоже, один из наших постояльцев заболел и вызвал «скорую». Надо было ему позвонить сюда, администратору. Мы бы и сами помогли.

— Он что, с другой планеты? Может, он какую-нибудь болезнь притащил? — продолжал Роик. — Может, заразу какую?

— Нет-нет, насколько я поняла, у него внезапный приступ. Повезло еще, что смог воспользоваться наручным коммом. — Девушка собралась, вспомнив об обязанностях. — Мне нужно сходить запереть за ними, проверить, чтобы его вещи не пострадали. — Она повернулась к Роику: — А вы, вероятно, зарегистрироваться хотели, сэр? Из дежурных осталась только я…

— Ничего страшного, не торопитесь. Сначала главное.

Роик махнул рукой, и девушка поспешила по коридору. Оттуда как раз выкатывалась гравиплатформа. Миновав двери, санитары развернули ее. Высокий закрепил контейнер с внутривенным раствором на штативе, наклонился, пощупал пульс пациента. Роик заметил, что под одеялом лежит мужчина, крепко прикрученный к платформе ремнями, кислородная маска на все лицо приглушала стоны. Роик шагнул вперед, изобразив на лице любопытство и озабоченность. Платформа вплыла в фойе, по оба фланга вышагивали охранники-санитары.

Доктор Либер моргал затуманивающимися глазами и постанывал под пластиковой маской.

— Что произошло? — Роик назойливо последовал за ни ми из фойе на выход. — Это опасно? Вам требуется помощь?

— Нет, спасибо, — ответил высокий. — Помощь не требуется.

— Так что случилось? Сердечный приступ?

— Мы пока не знаем, — сказал высокий. — Человеку стало плохо.

— Может, передозировка? Здесь, наверное, неблагополучный район? Я только что из космопорта. — Впервые Роиковы акцент и неместный вид сыграли ему на руку. — Собрался было поселиться и выспаться после скачкового перелета, но теперь вижу, что не стоит.

«Борец» глянул на него искоса.

— Нет, никакой опасности нет. Идите регистрируйтесь.

Оба распахнули люк флаера, груз скользнул на борт, «санитары» последовали за Либером, чтобы закрепить гравиплатформу.

Роик с любопытством сунул голову вслед за ними:

— Вы правда так думаете?

— Успокойтесь! Никакой опасности нет! — озлобленно ответил высокий из глубины темного грузового отсека.

— Вот и хорошо! — ответил Роик, достал парализатор и вырубил обоих.

С двумя такими «шкафами» — мороки не обобраться. Драться, потом таскать их. А Роик терпеть не мог драться. Если человек большой — это еще не значит, что ему нравится быть битым. Сдавленный голос Йоханнеса раздался над самым ухом, не из комма:

— Какого дьявола здесь происходит?

Роик попросил прикрывать, однако не просил же он наступать на пятки! Впрочем, не ему упрекать лейтенанта в любопытстве. У Йоханнеса чуть глаза на лоб не вылезли, когда он всмотрелся во тьму отсека.

Роик спрятал парализатор в наплечную кобуру.

— Мы только что спасли доктора Либера. Не думаю, правда, что он именно так оценит наш поступок.

Он забрался в грузовой отсек флаера и проверил, живы ли «санитары». Парализатор — далеко не самое гуманное оружие, после поражения им у людей проявляются всевозможные скрытые заболевания, ежели таковые имелись. К счастью, эти два здоровяка не были похожи на жертв тысячи болезней. Роик решил обезопаситься — в целях продления программы сотрудничества и взаимопомощи всадил в затылок каждому еще по заряду из парализатора, затем аккуратно уложил на полу фургона.

Роик не очень-то полагался на действенность речей вроде «мы тебя спасли, так что давай-ка, проявляй благодарность, сейчас отвезем в безопасное место». Да и вообще, поговорить не пришлось: повернувшись к Либеру, Роик понял, что тот без сознания. Оставалось только надеяться, что в пневмошприц набрали транквилизатор, а не смертельный яд. Вот Роик, будь он врагом Либера, даже задумав ужасное кровавое убийство, обязательно сначала взял бы его живьем, чтоб допросить под пентоталом. Вообще-то Роик допросил бы Либера под пентоталом, даже не будь он врагом Либера. Решать, правда, милорду.