В это время недалеко от берега показалась голова аквалангиста, сверкнули на солнце очки.

— Троня! — обрадовался Костя. — Наконец-то! Сюда скорей! — закричал он, вскочив на банку и размахивая руками.

Троня медленно вышел на берег и скрылся в камнях.

Костя выходил из себя, оглашая лагуну криком:

— Ну чего ты там застрял? Важная находка!

Троня появился из своего укрытия минут через пять, показавшихся Косте бесконечными.

Троня поднял руку, что означало: «Слышу, успокойся». Костя насилу дождался, пока он подплывет поближе к шлюпке, и стал рассказывать о черепе. К удивлению Кости, его рассказ не произвел на Троню особенно сильного впечатления. Подплыв к корме, он ухватился за нее, ловко поднялся на руках и сел на кормовую банку.

— Череп нашли.

— Где он?

— За бортом. Уронил. Хочешь, достану?

— Ну, ничего, достанем потом.

— Ты понимаешь, с золотыми зубами!

— Ну и что же? Наверное, со «Святого Фоки».

— С «Фоки»! Почем ты знаешь, что с «Фоки»?

Троня устало поднял руку и показал в сторону пролива, соединяющего лагуну с океаном.

— Он лежит почти сразу за рифами. Глубина там метров пятнадцать.

— Нашел! Ты нашел «Фоку»?

— Да, нашел. Сверху его ни за что не различишь, весь зарос, раковин во какой слой, водоросли. Я совсем случайно наткнулся. Оказывается, тут на дне такое течение из лагуны, меня оно как подхватило, как понесло! Я кое-как вышел из него, ухватился руками. Думаю: «Какая жесткая водоросль! Чувствую, что-то колет. Смотрю, торчит проволока. И тут я разглядел, что схватился руками за стальной канат, а под ногами палуба.

Костя то вскакивал, то садился от волнения.

Троня продолжал:

— Я сразу догадался, что это за корабль.

— Большой?

— Нет! Длиной метров тридцать. Стоит на дне, будто его нарочно поставили. Корпус со стороны рифов занесло песком и камнями. Палубные надстройки еще есть, только все в дырах. Здорово его об камни трахнуло! Мачты нету. На палубе песок, крабов полно, целый лес водорослей. Только там, где медь, ничего не растет.

— Ну, а что в каютах? В трюмах?

— Какой ты скорый, хочешь все сразу. Трюмы ведь задраены. И если бы я мог спокойно полазать там. Только заглянул в капитанскую каюту — и ходу!

— Почему? Воздух кончился?

— Какой там воздух! Воздуху еще на двадцать минут. — Он многозначительно кивнул на воду. — Они показались.

— Ух ты! Что же в каюте?

— Почти пусто. Ракушками все обросло... Какой-то сундук возле стенки.

— А где несгораемый шкаф?

— Может, в другой каюте. А может, вгорячах дедушка принял этот сундук за шкаф или забыл уж, что было. Ведь сорок лет прошло. Не шутка!

— Да, не шутка... Вдруг там сокровища?

— Что же еще?

На поверхность лагуны с плеском вынырнул Иван Иванович, а за ним показалась голова Лилианы Александровны в желтой купальной шапочке. Когда они подплыли, мальчики помогли им снять в воде акваланги и положили их в шлюпку. Пыхтя и отдуваясь, Иван Иванович с большим трудом, и то с помощью Кости и Трони, взобрался в шлюпку. Было видно, что он чем-то сильно взволнован, Лилиана Александровна, напротив, была очень спокойна с виду. Она так легко очутилась в шлюпке, будто ее вытолкнули из воды.

Все четверо несколько минут сидели молча и делали вид, что любуются отражением скал в лагуне да с превеликим интересом рассматривают красную медузу возле шлюпки. Иван Иванович первый нарушил молчание. Хлопнув себя по лбу, он сказал:

— Совсем забыл, что я нашел удивительно интересную штуку. Это, наверное, вулканическая бомба, обросшая целой коллекцией асцидий. — Он стал вытягивать линь с сеткой на конце.

Костя остановил его:

— Там нет вашей находки. Это не бомба.

— Что же?

— Сейчас достану. — Костя взял со дна шлюпки один из камней, приготовленных для грузил, стал на банку, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул воздух и прыгнул в воду.

Троня с гордым видом учителя следил, как его ученик, покрытый серебряными пузырьками воздуха, быстро уходит в глубину. Вот он коснулся дна, схватил череп, поджал ноги, выпустил камень, перевернулся, оттолкнулся ногами от дна и быстро пошел к поверхности, работая ногами и одной рукой.