– Кто говорит?

– Ну, пишут. Например, Олег Гордиевский, полковник КГБ, перебежавший к британцам в восемьдесят пятом.

– В английской прессе?

– Ну, да. Можете себе представить? По его словам, в КГБ работало более девятисот тысяч сотрудников. Такой страшной тайной организации в мире никогда не было.

– А орден иезуитов, к примеру?

– Детский лепет по сравнению с этими «рыцарями плаща и кинжала».

– Их же два года назад упразднили. И вы знаете, думаю, что шаг этот был опрометчивым. Ведь без работы остались десятки тысяч сотрудников. Но мы-то знаем, что ничего страшнее нет, чем голодные рыщущие волки.

– Кстати, Гордиевский побывал и в Израиле. Встречался с главой нашей Службы безопасности. Знаете, о чем ему поведал этот глава? Зазвал в отдельную комнату и рассказал о том, что мы все узнали только на днях.

– Ну, конечно, о шпионе профессоре Маркусе Клингберге. Оказывается, он уже сидит десять лет. Но лишь сейчас цензура разрешила публикацию этого дела.

– Это был один из, можно сказать, знаменитых ученых в мире по биологическому оружию. И вот тебе, оказался советским шпионом. Нанес Израилю самый большой вред.

– Трудно поверить, но я слышал, что за двенадцать лет Гордиевский передал на Запад десять тысяч отчетов, сто тысяч страниц, и при этом получал повышения, считаясь одним из самых перспективных агентов КГБ.

– Вы что, тоже читали английскую прессу?

– Не забывайте, где я работаю. Туда такие новости приходят быстро и проглатываются в курилке, как свежие булочки.

– Вы же не курите?

– Ну, не затягиваюсь, но иногда курю сигареты одного сорта – чужие. Курилка же у нас там самое живое место.

– Смешно, как это Гордиевский честно отдает должное виртуозной подделке паспортов специалистами КГБ, сначала европейских, потом и американских со всеми их секретными кодами.

– А меня потрясло другое, – сказал Цигель. – По словам тех, кто читал его излияния, он говорит, что его удивляло расточительство органов. Тратились колоссальные суммы денег впустую. А вот же, агентам, которые рисковали жизнью, платили немного.

– Откуда вы это знаете?

– Написано же, что Клингберг вообще не хотел брать денег. Шпионил из идейных соображений.

– Так это же он сам отказывался.

– Вы в это верите?

– Еще как. Таких коммунистов-фанатиков в этот наш завершающий второе тысячелетие век было – пруд пруди.

– И все же, о подземных городах КГБ нигде не писалось, – опять взялся за свое Цигель.

– Журналист задал Гордиевскому, как обычно, вопрос на засыпку: какой на его взгляд, бывшего полковника КГБ, главный, до сих пор не раскрытый секрет этого органа? И Гордиевский, не моргнув, ответил: КГБ под землей построил грандиозные сооружения, целые города, равных которым попросту нет в мире.

– Выходит, вы, подобно ясновидцу, увидели это, как говорится, внутренним взором. И не побоялись об этом написать? Ведь у этих псов длинная рука.

– Честно говоря, я по сей день все время оглядываюсь. Вот, мы с вами увлеклись темой, а я посматриваю, не подслушивает ли нас кто-то за кустами и деревьями.

– Но вы же часто прогуливаетесь по ночам.

– Не пугайте меня, я и так пуганный.

– Вы думаете, я зря за вами увязываюсь? Вдвоем все же безопасней. Знаете, не стоит вам ходить на прогулки по ночам. Лучше так вот, как сегодня, по утрам.

– Наивный вы человек. Если они решат меня пришить, и взвод телохранителей не поможет. Кстати, моя главная книга о теории единого духовного поля еще не опубликована. Где же вы могли прочитать мои фантазии о подземных городах?

– Это же было опубликовано в ивритской газете виде фрагментов.

– Вы читаете газеты на иврите?

– Что вас это так удивляет? Меня уже на работе многие спрашивали, кто это такой Орман? Такие вещи пишет. Они были просто потрясены, когда я им сказал, что вы мой сосед.

– Прямо как в анекдоте: стучат, опять стучат… В дверь. – Кто там? – У вас продается кровать? – Вы к шпиону? Он живет этажом выше.

– Ха-ха. Смешно.

В этот момент из-за деревьев действительно вышел странного вида человек. С отрешенными глазами лунатика он прошел мимо, всеми фибрами вслушиваясь в нечто, идущее из наушников, воткнутых в уши. Может, подслушивал, испуганно подумал, Орман и сам удивился такой глупости, явно навеянной разговором с Цигелем. Ведь все, о чем они говорили, давно всем известно, и никаким секретом не является.