Клава. А ты на меня?

Костя. Ну, Клавдюшечка, теперь нам уже, надеюсь, ничто не помешает.

Клава. Безусловно.

Зайцев. Товарищи, извините за беспокойство. Товарищ Миусов, пока! Роза Еремеевна, пойдем домой!

Директор. Куда вы, товарищ Зайцев? Роза Еремеевна! За этот день мы к вам так привыкли. Останьтесь здесь. Проведите с нами это чудное воскресенье.

Клава. Вы заслужили. Останьтесь.

Зайцев (Клаве.)Простите меня, Клавдия Васильевна.

Клава. С большим удовольствием. Даже поцелую, если Роза Еремеевна разрешит.

Зайцев. Это она позволит.

Клава. Костя, можно? (Целует Зайцева.)Люблю таких людей, как вы.

Зайцев. Каких?

Клава. Которые горячо болеют за свое дело.

Зайцев. Слышишь, Роза, как меня здесь принимают!

Директор (слабым голосом). Останьтесь. Прошу вас от имени коллектива служащих дома отдыха номер пятнадцать «Сыроежки». Наш дом хоть и небольшой, но тихий, спокойный, обаятельный. Вы нигде так хорошо не отдохнете, как у нас… Не правда ли?

Занавес.

1940–1947

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Есаулова — председатель городского исполнительного комитета.

Неуходимов — заведующий городским коммунальным хозяйством.

Ваткин — заведующий городским финансовым отделом.

Передышкин — управляющий делами горсовета. Красивый мужчина, который произносит слово средства с ударением на последнем слоге.

Шура — машинистка в Конском горсовете, равнодушная к Передышкину.

Персюков — молодой энтузиаст, директор Конского парка культуры и отдыха.

Сарыгина — старуха за семьдесят.

Самохин — редактор газеты «Конская заря».

Девушка-почтальон.

Человек в пальто.

Заведующая аптекой.

Провизор.

Котя — мальчик.

Павликова — областной прокурор.

Голос диктора.

Лейтенант.

Сторож при воздушном шаре.

Посетители выставки и несколько персонажей без слов.

Действие происходит в 30-х годах, весной, летом и осенью, в городе Конске.

Бывший дворянский особняк. Небольшая приемная перед кабинетом председателя городского исполнительного комитета Есауловой в городе Конске. За окнами — май. На сцене за двумя столиками — управляющий делами горсовета Передышкин и машинистка Шура. Быстро входит Персюков.

Персюков. Товарищи, произошло нечто совершенно исключительное!

Шура. Между прочим, принято здороваться.

Персюков. Прошу прощенья. Здравствуй, Шурочка, здравствуй, душенька. (Нежно ее обнимает.)Девушка нечеловеческой красоты. Чтобы ее не полюбить с первого взгляда — надо иметь железные нервы. Передышкин, у тебя каменное сердце. Здравствуй, работяга.

Передышкин. Здравствуй, бродяга.

Персюков. Хозяйка дома?

Передышкин. Дома, у нее совещание.

Персюков. Не имеет значения. (Берется за ручку двери.)

Передышкин. Но-но!

Персюков. Милый человек, да ведь я же тебе объясняю русским языком: у нас в городе произошло событие всесоюзного значения… Даже, очень может быть, — мирового. А ты меня не пускаешь.

Передышкин. Подождешь.

Персюков. Мирового. Понятно?

Передышкин. Подождешь. Идет совещание по местному бюджету.

Персюков (прислушивается к шуму голосов за дверьми, подмигивает на дверь). Жуткое зрелище. Сидят три неутомимых труженика на ниве коммунального хозяйства. Не так ли, Шурочка? (Присаживается на край стола и обнимает девушку.)И увязывают водопровод с городским транспортом и городской транспорт с канализацией, а тем временем против городского театра каждый божий день тонет от четырех до пяти свинок. Верно, девочка?