– Сейчас сделаю.

Она принялась за кофе и, включая кипятильник, доставая чашки, ложки и сахар, восстанавливала в голове обрывки разговора с Юрой Коротковым.

"Это наш Лесников. Купил недавно новую машину…"

"У Игоря вполне состоятельные родители…" Нет, не здесь.

"Жена зарабатывает соответственно…" Соответственно чему? Кажется, это было где-то здесь. Что же он еще сказал?

"Жена – классный модельер…"

Ложка дрогнула у нее в руке, часть кофе просыпалась на стол.

– Андрюша, чем занималась мать Ереминой? Чем она на жизнь зарабатывала?

– Шила. До того, как спилась окончательно, она была неплохой портнихой. Первая-то судимость у нее была за кражу, помнишь?

– Да, ты говорил. И что?

– Она совершила кражу у своей же клиентки во время примерки, прямо в ателье. Вытащила деньги из сумочки и практически сразу же попалась. После освобождения ее обратно в ателье уже не взяли, она попробовала устроиться в другие – всюду отказ. В те времена с судимостью не больно-то брали на работу, особенно с малолетним ребенком, сама знаешь. Еремина устроилась дворником, получила служебное жилье и подрабатывала шитьем в частном порядке.

– Почему ты мне этого не рассказывал?

– А ты не спрашивала.

"Ну и зря, – подумала Настя. – Балда ты, Каменская, а проще говоря – дура, каких поискать".

Было уже около десяти вечера, когда Настя наконец пришла домой. Выйдя из лифта, она устало подошла к своей квартире и сунула ключ в замок.

Ключ не поворачивался.

Еще когда она была ребенком, отчим учил ее: не суетись, когда не понимаешь чего-нибудь, остановись и подумай, действуй медленно и аккуратно. Не суетиться, не дергаться, подумать…

Она вытащила ключ и постаралась вспомнить сегодняшнее утро. Могла ли она забыть запереть дверь? Нет, это исключено. Движение, как и многие другие, было отработано до автоматизма. Настя слегка толкнула дверь. Так и есть, открыто. Ригель замка утоплен, поэтому дверь не захлопнулась.

Странно. Сама она никогда не ставит замок "на собачку".

Она осторожно прикрыла дверь, как можно тише спустилась этажом ниже и позвонила к соседке.

Через сорок минут приехал Андрей Чернышев, ведя на поводке огромного Кирилла.

– Заходи, – сказал он псу, подведя его к Настиной квартире. – Погляди, что там такое.

Распахнув дверь, он отстегнул поводок от ошейника. Кирилл осторожно вошел в прихожую, методично обследовал кухню, комнату, постоял, прислушиваясь и принюхиваясь, под дверьми ванной и туалета, и вернулся к порогу. Обнюхал Настины ноги, потом вернулся в прихожую, покрутился там, вышел на лестничную клетку и уверенно пошел к лифту.

– Чисто, – констатировал Андрей. – Посторонних нет, но они были, в квартире есть чей-то запах, кроме твоего собственного. Будешь заходить или вызовем милицию?

– Зачем мне милиция?

– А вдруг тебя обокрали? Войдешь – следы затопчешь.

– Ты в своем уме, Андрюша? Мне что, ночевать на лестнице? Милиция приедет дай Бог часа через два, эксперта ждать будут до утра. Да что я тебе рассказываю, будто сам не знаешь. Заходим.

Они вошли в квартиру. Настя бегло осмотрела комнату.

Красть у нее и в самом деле было нечего, разве что несколько совсем новых, подаренных матерью вещей. Все остальное было не таким, чтобы привлечь внимание воров.

– Ну что? – спросил Чернышев, когда она осмотрелась. – Порядок?

Настя выдвинула ящик письменного стола, где лежала коробочка с немногочисленными золотыми украшениями – цепочкой с кулоном, парой сережек и изящным дорогим браслетом, который подарил ей Леша после того, как получил за свои разработки престижную международную премию.

– Порядок, – с облегчением вздохнула она.

– Тогда скажи мне, в какое дерьмо ты вляпалась. Если тебя не обокрали, значит, тебя хотят напугать. Есть соображения?

– Кроме дела Ереминой, я ничем не занимаюсь.

– Понятно, – протянул Андрей. – Плохи наши дела, Настасья.

– Уж куда хуже, – невесело усмехнулась она. – Знать бы только, что именно им не понравилось: история с Бризаком или то, что Олег сидит в архиве?

– Будем ждать, – пожал плечами Андрей. – Больше ничего не остается.

Должны же они объяснить, чего хотят.

Он посмотрел на часы.

– Все, голубушка, мне пора, я человек женатый и отец семейства. Кирилла оставляю тебе. Завтра в семь утра заеду и поставлю тебе новый замок. Учти, Кирюша в квартиру никого не впустит, но и тебя не выпустит, так что лучше не пытайся.