Второй промах Арсен допустил, когда согласился использовать людей Градова. Не надо было этого делать, надо было настоять на том, что всю работу сделает его собственная бригада, а не Черноморовы пацаны. Градов скуп, да что там скуп, откровенно жаден, те деньги, которые он платит дяде Коле, ни в какое сравнение не идут с колоссальными тарифами, установленными Арсеном. Решил сэкономить, уговорил, что работать будут его ребята, а Арсен согласился. И оказался не прав.

Третью ошибку Арсен допустил, когда пропустил мимо ушей причитания Градова о том, что он зря связался с его конторой. Ведь не один раз, а два, целых два проговаривался Сергей Александрович, что был у него выход на группу, курирующую следственную часть прокуратуры, и надо было бы, наверное, обратиться к ним, а не к Арсену. В первый же раз, когда только Градов заикнулся об этом, следовало бы немедленно и жестко поставить его на место, а еще лучше – преподать наглядный урок. Столько сил было потрачено Арсеном на то, чтобы создать маленькие независимые агентства с абсолютно непересекающимися полями воздействия. Стоит только кому-то заподозрить, что сетью охвачена вся система правоохранительных органов, а не только то подразделение, в котором он работает, – и под угрозу будет поставлено все.

Только что Арсену сообщили, что Каменской звонил ее начальник, и по содержанию разговора стало понятно, что Градов задействовал какие-то дополнительные рычаги, поставив под сомнение его, Арсена, способности довести дело до конца. Каков наглец, вы только подумайте! Задетыми оказались не только интересы безопасности, но и самолюбие Арсена. Он знал, что в этом случае следует немедленно расторгать контракт с клиентом, можно даже заплатить ему неустойку, а можно и не платить, а примерно наказать за нарушение правил безопасности, дабы другим неповадно было. С Градовым надо кончать немедленно, но, к сожалению, Арсен был вынужден признать, что это не так-то просто сделать. Выходка Сергея Александровича привела к определенным последствиям, волна этих последствий докатилась до Каменской, и теперь надо постараться выйти из ситуации с наименьшими потерями.

Она считает, что на нее давит тот, кто убил Еремину. Если вдруг это давление прекратится, не принеся желаемого результата, она может сообразить, что у того, кто организовал все это, нет собственного интереса. А тут уж недалеко и до мысли о посредниках. Каменская девочка умненькая, хоть и неопытная, но из нее может выйти крепкий профессионал, если ее поднатаскать. Делать она, конечно, ничего не умеет, несколько дней за ней по пятам ходили люди Арсена и дяди Коли, а она ни одного из них не засекла. Но головка у нее светлая и устроена правильно, поэтому надо с девочкой дружить, у Арсена на ее счет появились далеко идущие планы. Девочке четкости мышления и хватки досталось от Господа полной мерой.

Арсен вообще определял людей по тому, сколько каких качеств им досталось от Бога: одному – большим ковшом, другой опоздал и урвал лишь горстку, а третий поленился стоять в очереди и остался ни с чем…

Встречаться с Градовым Арсен не боялся. Если бы на Петровке докопались до Сергея Александровича, давно бы уже с ним побеседовали или на худой конец пустили за ним «наружку». Но к Градову никто не приходил, а наблюдателей люди Арсена не обнаружили. Каменская, конечно, что-то пронюхала про семидесятый год, но явно недостаточно, чтобы выйти на Градова. Другое дело дядя Коля – его мальчишка. Дьяков этот, почти наверняка прокололся, но это пока не особенно опасно, он про Градова ничего не знает.

К месту встречи Арсен пришел с опозданием на восемь минут. На самом деле он явился в условленное место загодя, внимательно осмотрелся, проверился, потом понаблюдал за улицей после прихода Градова и только после этого, убедившись в отсутствии подозрительных личностей, зашел в бар.

– Вы, Сергей Александрович, ведете себя не правильно, – спокойно начал он, переливая ликер из крохотной рюмочки в чашку с кофе.

– Что вы имеете в виду? – вздернул красивые брови Градов.

– Вы прекрасно знаете, что я имею в виду. Ругаться и скандалить с вами я не собираюсь, давайте разойдемся по-хорошему.

– Но почему? Что произошло?

– Дорогой мой, вам уже достаточно лет, чтобы забыть детсадовские замашки. Только маленькие дети, зная за собой вину, упорно отрицают ее, надеясь на то, что взрослые ничего не знают. Я не блефую, или выражаясь уголовным языком, не беру вас "на понт".

– Хоть убейте, не понимаю, о чем вы.

– А что, это неплохая мысль! – усмехнулся Арсен. – Это решило бы разом множество проблем. Может быть, убийство – это единственный способ заставить вас прекратить вашу дурацкую самодеятельность. Более того, вы упорно продолжаете мне врать. Почему вы скрыли от меня историю с Никифорчуком? Вы мне не доверяете? Прекрасно, крутитесь сами, как умеете, вместе со своим придурковатым Черномором и его бандой недоносков. Я свою задницу подставлять не собираюсь.

– Я ничего не понимаю, – растерянно пробормотал Градов. – Я вам клянусь… Я ничего не сделал такого, что могло бы повредить нам…

– Сергей Александрович, дискуссия окончена. Сейчас мы с вами попрощаемся и расстанемся, я надеюсь, навсегда. Вы с самого начала мешали мне работать, вы утаивали от меня важную информацию, из-за чего мне и моим людям приходилось по несколько раз на ходу перестраивать продуманные комбинации. Вы подсунули мне своих мускулистых ублюдков, заверив меня, что они опытные и квалифицированные исполнители, а они оказались безмозглыми идиотами, провалившими все дело. А все потому, что вам жалко денег. И я подозреваю, что вы и сейчас не все рассказываете мне, а это для меня опасно, потому что из-за вашего, простите, жлобства я могу попасть в сложную ситуацию. Вы не доверяете мне, я не доверяю вам, поэтому нам лучше всего расстаться, и немедленно. Считайте наш договор утратившим силу.

– Но как же… Как же мое дело?

– Оно меня больше не интересует.

– Но ведь я заплатил вам! Арсен, вы же не можете меня бросить на произвол судьбы! – взмолился Градов. – Вы сами говорили, что осталось потянуть всего несколько дней, до третьего января, почему же вы меня бросаете? Если я где-то был не прав – ну простите меня, если я что-то сделал не правильно – так ведь не со зла, Арсен, я умоляю вас, вы не можете так…

– Я? – холодно удивился Арсен. – Я могу все. И так, и не так, и как угодно. Вы мне неинтересны, вы мне не нужны, поймите это наконец. У меня своя работа, свое дело, я его делаю с удовольствием и, смею надеяться, неплохо. Потом появляетесь вы и пытаетесь заставить меня работать не так, как я привык, и не с теми людьми, как обычно. В этих условиях работа у меня не клеится, вы мне мешаете, ну и ради чего я буду корячиться и лезть из кожи вон? Ради ваших прекрасных глаз? Вы, господин Градов, в Думе имеете большую силу, а для меня вы никто, ничто и звать вас никак.