— С Тодгом? — удивился Реззер, всматриваясь в лицо сержанта. — Кто такой Тодг?

— Это… Хай… Тодг… — забормотал Фигу и, вдруг осекшись, через силу выдавил: — Он… Старый друг.

Его хриплое дыхание неожиданно прервалось на вздохе, и сержант затих.

— Эй! Медика сюда!.. — закричал Дан, понимая, что это уже бесполезно. — Медика!..

Ленокс пробудился, как только забрезжил рассвет. Костер едва тлел, не давая больше тепла, и Пип проснулся от забравшейся под тонкую одежду утренней прохлады. Кусок парашютного шелка он еще вечером отдал пленнице и теперь остался даже без этого призрачного покрывала.

Разминая затекшие суставы, он тихонько поднялся и неторопливо подложил в затухающий костер дрова, набранные про запас еще с вечера. Девушка крепко спала, и Пип не стал ее будить. Он отошел по малой нужде подальше от костра в лес и вдруг обнаружил целую полянку, заросшую съедобной дикой земляникой. Радуясь своей находке, как малый ребенок, пилот вернулся к костру за пакетом из-под сухого пайка. Он набрал почти половину пакета мелких душистых ягод. Видимо, перенесенный стресс дал о себе знать, и девушка, когда Ленокс тихонько вернулся, все еще спала. Вытряхнув все из аптечки, Пип отломал крышку и, высыпав в это импровизированное блюдо ягоды, поставил их около спящей пленницы. Гранисянка словно только этого и дожидалась: она мгновенно проснулась. В огромных глазах девушки на секунду плеснулся страх, когда она увидела склонившегося над ней разумянина. Пилот быстро поставил «блюдо» и шагнул назад, смущаясь от такого неудачного завершения своего «жеста доброй воли». Но, увидев землянику, девушка успокоилась, в глазах ее даже блеснули огоньки улыбки.

— Это завтрак, — смутившись еще больше, пробормотал Ленокс. — Не ахти что, но все же…

Он повернулся и пошел к обрывистому берегу, не желая мешать или смущать свою пленницу. Хотя, какая она теперь пленница… Совершенно свободная — ведь в то время, пока он сам спал крепким сном, девушка вполне могла убежать или даже убить его, если бы только захотела. Но почему она не сделала ни того, ни другого? Ленокс задумался, стоя у самой кромки леса, опершись о ствол невысокого, но крепкого дерева. Даже сейчас, в лучах утреннего света, он никак не мог рассмотреть то, что маячило где-то далеко на другом берегу. Правда, теплилась надежда, что на той стороне его еще ждут… Узкая ладошка легла на его плечо так легко и осторожно, что Пип даже не вздрогнул, хотя не заметил, как к нему подкрались сзади. Девушка говорила что-то тихо и печально. Нет, не печально, а просительно. Она что-то объясняла, прижимая руки к груди. И в глазах ее одновременно умещались и страх, и надежда. И боль утрат.

— Что? — пытался понять Ленокс. — Что?.. Девушка вновь затараторила на незнакомом языке, пытаясь ему что-то объяснить.

— Не понимаю, — замотал головой Пип. — Покажи.

Он поднял руку перед лицом, пошевелив пальцами. Девушка вновь заговорила, но уже медленно. Она вытянула руку в сторону противоположного берега, указывая туда, куда убегал мост. Затем ткнула себя в грудь и провела ладонью по горлу. Объяснение было более чем понятным для представителя любой расы.

— Мы не убиваем пленных, — качнул головой Ленокс, пытаясь вспомнить хоть одно упоминание о судьбах плененного гранисянина.

Наверняка такие должны были быть. Но на память не приходило ничего подобного. Точно так же, как не мог он вспомнить о возвращении из плена кого-то из имперцев.

— Я думаю, тебе нечего бояться, — уже не так уверенно добавил он. — Мы не убиваем пленных.

Девушка повторила свой жест с перерезанием горла. И Пип подумал вдруг: а что, если она знает больше, чем он, про его собственное государство? Про то, как поступает оно с пленными. А возможно, и с теми, кто вернулся из плена. Пип повернулся и печально посмотрел туда, где скрывалась за водной далью имперская база, словно мог там увидеть свое будущее.

— И что ты предлагаешь сделать? — спросил он, уверенный, что она поймет его вопрос.

Девушка ткнула себя рукой в грудь и указала куда-то вдоль реки, тотчас умоляюще сложив ладошки рук перед грудью. Пип всмотрелся в указанную сторону и неожиданно вздрогнул, совершенно четко разглядев почти на границе видимого два застывших у самой кромки воды угловатых силуэта.

— Черт! — удивленно воскликнул Пип, уставившись уже на девушку. — Ты разве не можешь позвать их прямо отсюда?

Девушка кивнула и, ткнув пальцем в грудь Ленокса, опять провела ладонью по горлу.

— Тогда они убьют меня?.. — догадался Пип. — Но разве тебе от такого исхода не будет лучше?

Он был не просто удивлен тем, что сейчас творилось в его душе, он был шокирован. Ленокс сомневался, что мог бы проявить такое же великодушие, оказавшись на месте своей пленницы.

— Прощай, — тихо промолвил он, медленно отходя под прикрытие деревьев. — И прости…

— Ахгар! Ты видел этих уродов? — спросил техник у своего напарника, и, несмотря на нелестный эпитет, фраза звучала восторженно.

— Колоритные, — только и добавил тот, к кому был обращен вопрос.

Мимо техников, проверяющих панели отпирания дверей, только что прошествовала группа военных, весьма эпатажного вида и поведения. Вид у этой команды был такой, словно ее члены были сошедшими с экрана героями экспрессивного и динамичного боевика. Десяток солдат и возглавляющий их сержант тащили сумки и оружие, которого хватило бы, наверное, на взвод мобильной пехоты. Да и вид у самих солдат был, пожалуй, пострашнее, чем у обычных пехотинцев.