Шрифт:
Еще один центр средневековой грузинской книжности находился в монастыре Креста, основанном святым Петром Грузинским, учеником Ефимия примерно в 1030 г., расположенном неподалеку от Иерусалима. Этот монастырь стал центром грузинской культуры на Святой земле, в нем и сегодня сохранилось около 160 рукописей в греческой резиденции патриарха.
Монастырь Креста связан с великим грузинским поэтом Шота Руставели, который принял здесь постриг, после того как был вынужден покинуть свою родину, а спустя годы был там погребен. На обнаруженной недавно на одном из монастырских зданий живописной фреске изображен Руставели в богатых придворных одеждах (фото 71). Без сомнения, это изображение относится к посещению монастыря во время паломничества в период его светской деятельности.
К концу XI в. наблюдается постепенное ослабление церковной монополии в литературе и образовании, отражающее изменение положения Грузии в тогдашнем мире. По мере расширения ее международных связей, и особенно контактов с блестящей цивилизацией исламского мира, грузинские философы и поэты все чаще и чаще стали встречаться с протестами, а иногда и с препятствиями, чинимыми церковниками.
Как и современные персидские и турецкие султаны, грузинские правители считали своим долгом покровительствовать искусству, они поддерживали придворных поэтов и писателей, наравне с монастырскими летописцами и церковными книжниками. На торжественных дворцовых приемах поэты-одописцы читали свои панегирические произведения. Прежде всего назовем Иоанна Шавтели, который написал поэму «Абдул-Мессия» — стихотворный панегирик правителю Давиду Строителю и царице Тамар. Неизвестный нам поэт Чахруцхадзе написал цикл стихотворений «Тамариани», также посвященный царице Тамар. Оба произведения написаны двадцатисложным размером, с особой рифмовкой, названной «чахрухаули».
Одним из первых сохранившихся памятников светской литературы XII в. является героический роман Мосэ Хонели «Амиран — Дареджаниани». В нем рассказывается о героических приключениях группы витязей и подвигах главного героя — богатыря Амирана. Хотя действие романа развивается в сказочной стране, а герои идеализированы, в нем ярко отражены настроения военно-рыцарского сословия, которое играло важную роль в грузинском государстве Багратидов. С давних времен в Грузии распространялось множество стихотворных и прозаических версий романа. Целый цикл легенд, созданных на основе «Амиран-Дареджаниани», был детально разработан деревенскими рассказчиками. Литературные и фольклорные мотивы переплелись настолько тесно, что некоторые ведущие эксперты, такие, как профессор М. Чиковани из Тбилисского университета, даже выдвинули предположение, что фольклорные варианты предшествовали появлению романа, а не произошли от него.
Одновременно с романом Хонели появилась поэма «Висрамиани». Ее авторство приписывается Саргису Тмогвели, но на самом деле он лишь перевел и обработал персидскую поэму о страстной и глубоко лиричной истории любви Вис и Рамина, написанную в середине XI в. поэтом Фахруддином Гургани.
Вис и Рамин пылко любят друг друга, но судьба неблагосклонна и безжалостна к ним. Отчасти рассказ об их отчаянной страсти наперекор всем напоминает известную историю Тристана и Изольды. Однако мучения Вис и Рамина завершаются супружеским блаженством, возлюбленные провели не менее 81 года вместе! Чтобы составить представление об эмоциональной силе этой классической работы, мы приведем плач царицы Шахру над телом своей дочери Вис:
Зачем, судьба, ты, меня покарала! Ты жемчуг мой единственный украла! Как видно, ты — большой знаток жемчужин, Когда тебе подобный жемчуг нужен! Ужель, как я, жемчужине ты рада! Так в землю зарывать ее не надо! Иль ты, увидев кипарис подобный, Его пересадила в сад загробный? Зачем ты в прах повергла древо Рая, Зачем свалила ствол, плоды срывая? Вновь может ли созреть опавший лист? Умерший мускус будет ли душист? Земля, ты многих, многих поглотила, Но в первый раз похитила светило! Людей в свою ты ввергла глубину, А ныне поглотила ты луну. Ты серебро чернишь — а ныне тело Серебряное чернотой одело. Моя жемчужина зарыта в прах — И ясный день померк в моих глазах. Зачем вы, кипарисы, разрослись — Ведь вырван в Мерве лучший кипарис! Луна, теперь начнешь тусклей светиться: Мою луну упрятала темница! Я знаю, почему все звезды в сборе: Явились, чтоб мое увидеть горе! О, кипарис! О, мускус! О, кумир! О, солнце, озаряющее мир! Ты разгоняло мглу красой своею, А чем я горе по тебе развею? Где путь найду я к правому суду? Где светлое возмездие найду? Убив тебя, весь мир убил злодей — И нет меня среди живых людей! Врачи из Рума, Хинда, из Ирана! О, неужель моя смертельна рана? О дочь моя, здесь, в этом мире, ты Достойной не нашла себе четы; Быть может, мир загробный озаряя, Найдешь чету другую в кущах Рая? Ты умерла, раздавлена судьбой — Мои надежды умерли с тобой [7] .7
Гургани Ф. Вис и Рамин/ Пер. С. Липкина. М., 1963. С. 284–286.
Описанный нами период начала светской любовной поэзии, романса и эпоса не ограничивался придворными кругами. Уже в начале XII в. в Грузии существовали прекрасные сказки, народный эпос и застольные песни, многие из которых уходят корнями в далекую древность (рис. 47).
Интенсивные торговые и культурные связи Грузии со средневековой Византией и Ираном, расширившиеся возможности для путешествий и торговли со всеми странами Ближнего и Среднего Востока создавали благоприятную почву для перевода литературных произведений. Как правило, заимствованные сюжеты были значительно модифицированы и, оказавшись в новом кавказском окружении, переходили в интенсивно развивающуюся фольклорную среду. Так, в частности, произошло с поэмой «Шахнаме» Фирдоуси (940—1020), которая обрела популярность в Грузии под названием «Ростомиани», от имени главного героя — богатыря Рустама, одного из легендарных героев, увековеченных в великом персидском эпосе.
Напомним красивое и бесспорно оригинальное сказание «Этериани», получившее широкую известность благодаря великолепной опере грузинского композитора 3. Палиашвили. В поэме рассказывается о трагической любви простой девушки Этери и царевича Абесалома. Герои испытывают лишения и становятся жертвой коварного визиря Мурмана, который любит Этери.
Однажды на охоте Абесалом видит прекрасную девушку, несущую на плечах тяжелый кувшин с водой. Он идет по ее следам и узнает, что девушка — сирота и живет в доме своей мачехи. Выждав, когда Этери пригонит телят на пастбище, Абесалом признается ей в любви. Но девушка вначале отказала ему, ведь она крестьянка, а Абесалом — царевич:
Не гожусь тебе я в жены, Ты богат и знатен родом, Каждый бьет тебе поклоны, У меня же, у сиротки, Нет родимого угла. Дочка голени отцовой, В пыль я брошена была. Ты разлюбишь и покинешь, Уходи, не делай зла.Отвечая девушке, Абесалом произносит клятву в вечной любви:
О Этери! Бог свидетель, Коль отдам тебя другому, Пусть доспех свой уроню я, Внемля шуму боевому, Пусть умру в степи безводной, По пути к родному дому. Средь скитаний семилетних На исходе трудных лет. Пусть хурджин мой опустеет, И в глазах погаснет свет! Пусть ружье, что подниму я Злому недругу вослед, Возвратит мне в сердце пулю, Если правды в сердце нет! [8]8
Этериани// Антология грузинской поэзии. М., 1958. С. 51.