Что случилось в России вскоре после Цусимы, пусть Путин и Медведев спросят у своего любимого историка Сванидзе. Авось, он знает.

Я думаю, что специально, дабы отвлечь наше внимание от ванкуверской конфузии, отцы отечества учинили День Собчака. 118 погибших моряков крейсера «Курск», жертвы Беслана и «Норд-Оста» они ни разу не вспомнили, не почтили, а тут… Ну как же, десятая годовщина… Оба, бросив все дела и прихватив с собой неутешную вдовицу Людмилу да бедную сиротку Ксюшу, помчались в Ленинград. Там, в колыбели революции, нагрянули на кладбище, возложили венки на могилу великого друга и произнесли торжественно-скорбные речи: — Какой светильник разума погас! Какое сердце биться перестало!..

Настоящий политик, конечно, должен уметь маневрировать, перелистывать страницы времени и событий, иной раз обрубать старые нити. А наши? Ну, совершенно как те самые, что с длинными ушами! Народ ненавидит изменника родины Ельцина. Конечно, обстоятельства могли заставить какое-то время соблюдать лояльность к нему, и после смерти не обязательно всем плевать на его тень, но уж цацкаться-то с ней вовсе не было никакой нужды. Нет, сюсюкают, прославляют, называют именем этого прохвоста богоугодные заведения, посёлки, университеты, библиотеки. Неужели не соображаете, что это против вас работает? Думаю, что всё-таки соображают, но им плевать.

Так и с Собчаком. Один из них проникновенно воскликнул: «Это был настоящий демократ!». Да, настоящий демагог, истинный лжец, подлинный карьерист, беспримесный прохиндей… Ну, он был его правой рукой, но второй-то зачем связывает себя с этим «настоящим»? Без нужды сам лезет в клоаку… По мистическому стечению обстоятельств как раз в День Собчака, когда звучали красивые кладбищенские речи отцов отечества, вышел номер «Завтра» с воспоминаниями генерала армии И. Родионова о событиях 9 апреля 1989 года в Тбилиси. Как известно, Собчак был председателем парламентской комиссии по расследованию этих событий. Генерал пишет о Собчаке, как о «ловком и беззастенчивом» человеке, который всё своё немалое профессорское умение употребил «на сокрытие истины», сделал «всё возможное, чтобы, фальсифицируя и затуманивая узловые моменты событий, увести ответственность от политического руководства страны, переложив её полностью на армию». Да, он сделал всё, чтобы извратить смысл драматических событий, оклеветать армию, раздуть в стране русофобию. С его предательства и началось. «И всё было сделано так, чтобы на весь мир прозвучала ложь Собчака и „своя правда“ тех, кто нанял его для этого».

Несусветная политическая глупость — вызывать ныне тень прохвоста Собчака. В доме повешенного не говорят о верёвке. Все же ещё помнят, что своим мэрским правлением в Ленинграде он и его «дама в тюрбане» вызвали отвращение горожан, и при первой же возможности, хотя его избирательный штаб возглавлял один чекист с пылающим сердцем, прохладной головой и хорошо вымытыми руками, профессора с треском провалили на выборах. А после этого им заинтересовалась прокуратура. В День Собчака телевизионные сявки верещали: «Надуманные обвинения…». Какие обвинения? До них дело и не дошло. Его вызывали в прокуратуру всего лишь для беседы. Но они с Чекистом уже и этого до смерти перепугались.

Прислала ему прокуратура одну повестку, другую, пятую, десятую, а он и не думает идти. Чего бояться, если ты честный человек и за тобой — никаких грехов? Своей неявкой он сам доказал, что его демократическое рыло в непролазном преступном пушку.

После тринадцатой повестки прокуратура, наконец, решилась прибегнуть в принудительному приводу, на который имела права уже давно. Но тут, естественно, у профессора — сердечный приступ. Ах, ах… Что делать? В сей критический час его верный друг Чекист с вымытыми руками проявил гораздо большую ловкость и расторопность, чем позже — при гибели крейсера «Курска». Где-то раздобыл ту самую рустовскую «Сессну» и на ней только ему известным тайным путём отправил друга в Париж, то есть совершил прямое укрывательство человека, плюющего на законность.

Сейчас мы слышим: «Обвинения были надуманные и Собчак вскоре вернулся в Россию…». Повторяю: до обвинений в суде дело не дошло — Чекист не допустил. Но в печати их было много: «Собчак — зеркало коррупции», «Читинский петербуржец лжет» и т. д. А вернулся он только потому, что Чекиста сделали главой ФСБ, и он получил огромные возможности и для того, чтобы заставить замолчать прокуратуру, и чтобы вернуть дружка на истосковавшуюся по нему родину.

Но и вся громкая возня с Собчаком не смогла заглушить всенародный стон по поводу спортивной Цусимы.

«Завтра», № 10’10

С. Миронов

В прошлогодней телевизионной затее «Имя России», самой крупной антисоветской акции последнего времени, чрезвычайно своеобразным мыслителем показал себя всем известный Сергей Миронов, председатель Совета Федерации. В частности, он блеснул широтой и гибкостью ума в создании многостороннего образа П. Столыпина, в философско-историческом осмыслении его. В результате долгих и упорных изысканий уму удалось установить множество фактов, когда жизнь Петра Аркадьевича так или иначе пересекалась с жизнью других героев телеигры. Очень интересно! Один замысел чего стоит.

Во-первых, говорит, предок бабушки Столыпина принимал участие в походе Ивана Грозного на Казань, а сам Петр Аркадьевич был женат на прапраправнучке генералиссимуса Суворова. «Это — связь Столыпина с великим государем (он говорит „государём“) и непобедимым полководцем!» — радостно возгласил оратор. Прекрасно! Только, милый философ, а ваша жена не вдова Александра Македонского? Даже если так, учтите: это ничего не прибавляет вам лично. Так же, допустим, как и участие вашего прапрапрадеда во взятии русской армии Парижа едва ли сказалось на ваших доблестях.