Шрифт:
Так вот, приняв во внимание всё сказанное, не удивлюсь, если вскоре Ваншенкин напишет стихи, которые будут начинаться так:
Я люблю тебя, жизнь, И хочу разных баб в разных позах!..Однако есть у поэта странные стихи совсем на другую тему:
Хлебнув немало на веку, Как и другие хлопчики, Он спит тихонько на боку, Как прежде спал в окопчике. Шёл по лугам и по лесам, По танкам бил из пушечки. Теперь он спит. Теперь он сам Как орден на подушечке.Или:
Рад и я слегка, Что один воробышек Всё ещё пока Бьётся между ребрышек…Если учесть и это, то итог можно подвести тоже в стихотворной форме так:
Он родом из семьи солдатиков И, может, из своей винтовочки Разил он мерзких супостатиков Почти пять лет без остановочки. Теперь за восемьдесят с хвостиком, А любит вкус клубничной пеночки, О чём чирикает так простенько Седой воробышек Ваншеночкин. Вот, разорвав оковы этики, Рисует петушка на курочке, И в том потворствуют эстетики Из милой всем «Литерадурочки».А тут ещё
О чём тут? Не муж с женой, а кто? Кого оговорили? Какая обшивка? В чём ошибка? Где мерзость? Кто на кого клевещет? На чьей совести подлость? В чём тут «глубинная суть»?..
Однако Андрея Дементьева «Литгазета» любит, пожалуй, больше, чем Ваншенкина: именует его не просто старым другом, как того, а — знаменитым другом. Да и как не любить хотя бы за хронический оптимизм! В недавно вышедшей его книге, озаглавленной, почти как всегда, в духе такого оптимизма «Нет женщин нелюбимых», Дементьев несколько раз объявлен «всенародно любимым поэтом». Там на радость народу поэт восклицает:
Нет женщин нелюбимых, Пока мужчины есть!Но вот что несколько озадачивает: сам-то женат, кажется, третий или четвертый раз… А почему разошелся с прежними? Надо полагать, разлюбил? А полюбил ли кто оставленных? Согласились бы они радостно спеть вместе с тобой и твоим другом Кандидом, воскресшим через 250 лет:
Как прекрасно всё, что было с нами, Как прекрасно всё, что с нами будет.Или:
Мы будем молоды всегда, Ведь нету возраста у счастья.Да, сказано давно: счастливые часов не наблюдают, но, увы, невзирая на это, счастье погостит-погостит да улетучится… Пушкин констатировал:
Порою всем даётся радость. Что было, то не будет вновь…Блок вздыхал: «Всё миновалось, молодость прошла…».
И Дементьев отчасти признаёт сей факт, не отрицает, что старость, увы, имеет место, но —
Нас старят не годы, а беды…Нет, болезный, беды только помогают годам, а те своё дело знают. Поговори об этом, допустим, с 96-летним Михалковым, с которым сфотографировался под портретом 26-летнего Лермонтова.
А есть у Дементьева ещё стишок, посвященный известному Павлу Бородину, где автор твердит:
Хороших людей много меньше… Хороших людей слишком мало… Хороших людей слишком мало…И вдруг — опять приступ оптимизма:
И всё-таки их большинство.Откуда же взялись?
У Окуджавы есть строки:
Настоящих людей очень мало, На планету — совсем ерунда. На Россию — одна моя мама, Только что она может одна.С этим можно спорить, но тут не словесный фокус, а определённая позиция, которую нельзя не уважать при всем её неправом гиперболизме.
А в том стишке Дементьева еще говорится так:
А лучшие люди — средь женщин, И худшие — тоже средь них.Хоть справа налево, хоть слева на право. Видимо, вот это больше всего и нравится «Литгазете». К тому же в наше время такая способность обеспечивает как выход бесчисленных книг, так и хорошие должности, регулярные награды, участие во множестве программ ТВ и т. п.